Казанцев прыгнул за руль и склонился над панелью приборов. К счастью „Мерседес“ являл собой легендарное „500“-е купе середины 70-х, в прекрасном состоянии, но без малейших признаков электронной сигнализации, иначе им было бы здесь нечего делать. Алек с интересом наблюдал за ним, ничего подобного он не проделывал со времен колледжа, когда порой приходилось брать без спроса отцовскую машину. Но то был полудохлый „Бьюик“, а не коллекционный лимузин!
Поколдовав ещё с минуту над связкой выдранных с корнем проводов, Казанцев соединил несколько воедино и машина, вздрогнув, завелась.
— О как — он удовлетворенно взглянул на своих пассажиров. Мак Рейнолдс демонстративно поапплодировал и даже Лукин, примостившийся на заднем сиденье, одобрительно кивнул.
— Ты заметил, куда он свернул?
— Направо по авениде — Алек передернул затвор пистолета и поставил его на предохранитель.
— Сукин сын — процедил сквозь зубы Казанцев, включая передачу.
Задние колеса „Мерседеса“ провернулись на месте, выбросив из под себя облако сизого дыма и бросили тяжелую машину вперед.
— У него должен быть частный самолет. И стоит он скорее всего на каком-нибудь небольшом аэродроме…
— В любом случае мы должны найти его раньше, чем он достигнет самолета.
— У нас в запасе примерно двадцать минут — Мак Рейнолдс бросил взгляд на часы — и если новостей за это время не прибавится, всё-равно придется дать ему уйти…
— Это я и сам знаю — огрызнулся Казанцев.
— Окей, окей… просто держись от мерзавца подальше, чтобы он не заметил погоню. Условия диктует пока ещё он — Алек тоскливо похлопал по рукоятке пистолета.
Мадридское уличное движение приближалось к часу пик, когда количество автомобилей на улицах возрастало в десятки раз. Шансов нагнать преступника в городе практически не было, как-никак он имел почти десятиминутную фору. Вся надежда оставалась на то, что они верно угадали его маршрут и на загородной дороге удастся наверстать упущенное. Казанцев, едва успев придавить педаль газа, вновь с проклятиями жал на тормоз у каждого следующего светофора. Сигналить было бессмысленно, столичное движение неумолимо погружалось в предвечерний хаос. 2 секретарь изрыгал невероятные русские ругательства, иногда спохватываясь и смущенно поглядывая в зеркальце на сидящего сзади Лукина. Во время очередного затора Мак Рейнолдс похлопал его по плечу:
— Не горячись, Сергей, сукин сын тоже стоит сейчас в пробке, только на пару перекрестков дальше.
Воздух на улице накалялся от выбрасываемых в него выхлопных газов и вибрируя поднимался вверх, становясь видимым колеблющимся изображением. По тротуарам спешили люди, которым Казанцев искренне завидовал: если бы они только знали…
Алек достал из кармана радиотелефон и с сомнением несколько раз подбросил его на ладони.
— Что, есть куда позвонить? — спросил, не оборачиваясь, 2 секретарь.
Алек отрицательно покачал головой:
— Нет. Если то, на что мы с тобой так надеемся, произойдет, меня поставят в известность без промедления. Моё начальство очень хочет, чтобы я задал сукиному сыну пару вопросов. Он ведь открыл новую главу в истории международного терроризма и нужно быть готовым к тому, что этот случай не последний. — Мак Рейнолдс печально пожал плечами — Несколько минут у нас ещё есть. Ты позволишь мне его допросить в случае чего? — он вопросительно взглянул на русского коллегу.
— Сколько угодно. Можешь даже пристрелить его под конец. В России пока хватает проблем поважнее международного терроризма.
— Я это заметил по реакции твоего руководства — буркнул Алек.
В ответ Казанцев сказал несколько русских слов, которые Мак Рейнолдс уже неоднократно за сегодняшний день слышал. Следующие несколько минут прошли в молчании и ежесекундном дергании машины на пару метров вперед. 2 секретарь избегал смотреть на часы, каждый раз, когда его взгляд случайно на них натыкался, они напоминали ему о неумолимом ходе времени. Наконец, очередным судорожным движением спрессовавшегося в улицах транспорта, город выплюнул их из своих пределов. Казанцев без промедления занял крайнюю левую полосу и утопил в пол педаль газа. „Мерседес“ вздрогнул как хорошо пришпоренная лошадь и подался вперед. Лукин на заднем сиденье прикрыл глаза; ездить с Сергеем Ивановичем ему уже доводилось. Непрерывно мигая фарами Казанцев освобождал перед собой дорогу, Алек внимательно вглядывался в мчащиеся перед ними машины.
— Если я не ошибаюсь… здесь недалеко есть небольшой аэродром, называется Санта-Розита.
— Если только мерзавец не успел никуда свернуть — скептически ответил 2 секретарь
— Хочется верить. Совсем неплохо было бы за ним понаблюдать, в моем Управлении есть полный реестр частных самолетов, зарегистрированных в мире. С этого можно начинать.
„Но, возможно, террористы и это предусмотрели…“ — подумал он, но ничего не добавил.
Казанцев кивнул. ЦРУ успело накопить большой опыт противостояния терроризму. Очевидно, и его учреждению придется вскоре этим заняться…
Указатель с надписью „Санта-Розита“ мелькнул перед ними неожиданно и почти одновременно Мак Рейнолдс воскликнул:
— Я вижу его! Чуть правее, на три корпуса впереди!
Дорога перед „Мерседесом“ была свободна и чтобы не проскочить вперед, Казанцеву пришлось резко затормозить. Сзади раздался визг шин и отчаянный рев клаксона. Сергей Иванович круто принял вправо, вклинившись в едва достаточный просвет между двумя машинами на соседней полосе. До бампера впереди идущей осталось едва сантиметров десять.
У Мак Рейнолдса перехватило дыхание:
— Устрой меня на курсы вождения в ФСБ! — выдохнул он.
— Похоже я сам скоро начну зарабатывать на жизнь уроками вождения — прохрипел тот в ответ.
Тёмная „Тойота“ маячила в двадцати метрах от них, с включенным указателем поворота постепенно перестраиваясь вправо.
— Он уходит с шоссе — торжествующе воскликнул Алек — я же говорил Санта-Розита!
— Угадал — улыбнулся Казанцев — постараемся не попасться мерзавцу на глаза.
Свернув на узкую второстепенную дорогу, 2 секретарь сбросил скорость и увеличил дистанцию до „Тойоты“. Других машин между ними сейчас не было. В салоне повисла напряженная тишина, Сергей Иванович, плотно сжав губы сосредоточился на дороге. Мак Рейнолдс почувствовал, что артерия, отмечающая биение пульса на шее, стала заметно вздрагивать и крепче сжал пистолет, чтобы вновь обрести уверенность. В конце-концов, последняя его боевая операция лежит добрый десяток лет назад!
Отвратительно вибрирующее пищание радиотелефона раздалось в этой тишине настолько пронзительно, что Алек, дёрнувшись, изо всех сил нажал на курок и только повернутый рычажок предохранителя уберег его от пули в собственное колено. На скулах сидящего рядом Казанцева заиграли желваки, но он даже не повернул головы. Рассчитывать на чудо было слишком большой роскошью в нынешней ситуации.
— Мак Рейнолдс — Алек постарался, чтобы его голос сохранил приличествующую случаю уверенную интонацию.
— Приказ уходить истребителю отдан. Последует ли он ему, неизвестно, но мы сделали всё, что в наших силах. У вас есть возможность задержать террориста?
„Наконец-то!!!“
Говоривший из Вашингтона человек был Алеку незнаком, но он готов был обнять его.
— Думаю, что да — лицо Мак Рейнолдса расплылось в улыбке, которая не ускользнула от взгляда Сергея Ивановича — постараемся вам его преподнести.
— Руководство приняло решение сохранить эту операцию в тайне. Так что в отличии от прошлых указаний, которые вы получили, постарайтесь не наследить и не бросаться в глаза.
— Окей — не желая пререкаться, Алек выключил связь.
„Не следить! Да что они там знают о творящейся здесь реальности!“
— Сергей — американец, смеясь, повернулся к Казанцеву — подонок наш! Истребитель получил сигнал! Тот самый сигнал!
Казанцев, держась за руль, крепко вжался в спинку сиденья.
„Господи Боже, Господи Боже, Господи Боже!“
Внутри стало легко. Очень легко. Он взглянул на Мак Рейнолдса:
— Спасибо… Алек — в первый раз он назвал его по имени и немного смущенно отвел взгляд. Обычно, чтобы зачислить человека в число своих друзей, ему требовались годы. Сейчас было иначе…