встретиться с вами и раньше».
«Отлично, Викки». Оскар работал с Вики Альбано уже несколько лет, часто
контактируя с ней напрямую на счет своих поездок в Вашингтон. «В 8 так в
8, у меня нет с этим проблем, но не может ли он уделить мне какое-то время
уже сегодня, вечером, как только я приеду?»
«Конечно, Мистер Круз. Он уже думал о каком-то неформальном общении за
ужином – а позже вы сможете обсудить детали завтра».
Замечательно. Им лишь нужно было, чтобы Лейтон встретился с Джеком и
Самантой по одиночке, буквально на несколько минут, чтобы запустить
процесс. Скоро им понадобится перепрограммировать довольно большое
число людей в Вашингтоне, достаточное для того, чтобы взять под свой
.
контроль расследования Пентагона. Джек и Саманта являлись лишь первыми
их целями, однако это позволит получить доступ и ко многим другим. Одно к
другому, и пошло поехало. Чем с большим числом людей они смогут
встретиться и их перепрограммировать, тем легче все у них пойдет.
«Прекрасно», сказал он. «Слушайте, Викки, у меня уже скоро посадка на
самолет. Не могли бы вы согласовать окончательные детали с моим
секретарем, пока я в пути? Она сможет поддерживать с Чарльзом связь».
«Хорошо, мистер Круз».
«Ну вот и отлично. Он прибудет в Вашингтон уже сегодня, во второй
половине дня, задолго до меня».
«Я переговорю с мистером Ридом и прослежу, чтобы все было улажено.
Можете дать мне номер вашего рейса?»
Оскар дал ей полную информацию, со временем вылета и прилета. С учетом
трехчасовой разницы во времени между Лос-Анджелесом и Вашингтоном,
ужин может быть поздним.
«Все в порядке», сказала Вики. «Я об этом позабочусь».
«Спасибо».
«Не за что. Удачного вам дня».
Когда его такси остановилось у терминала, Оскар дал водителю щедрые
чаевые. Хотя он обнаружил, что ему противно общаться с людьми, теперь, когда он был перепрограммирован, он не видел оснований расставаться со
своими привычками. Он старался делать так, чтобы другие оставались
довольными, по мелочам, которые в принципе ничего ему не стоили. Вот
поэтому он преуспел в жизни; он всегда понимал, что именно нужно людям, и что он мог себе позволить для них сделать. Он старался генерировать
вокруг себя поле доброжелательности и благорасположения, чтобы
.
воспользоваться этим, когда ему это понадобится. И теперь он действовал
автоматически, следуя привычной процедуре: для этого больше не
требовалось никакого человеческого участия.
Он вылез из такси, щурясь от яркого солнечного света начала августа, уладил
все формальности, связанные с багажом и регистрацией, а затем сел на рейс
«Юнайтед Эйрлайнс» в 12:10. Ближайшие несколько часов у него будет
возможность немного отдохнуть, ведь он точно знал, что все под контролем.
Большую часть пути до Вашингтона он проспал.
Когда он прибыл на место, было еще светло, в такое время года дни были
длинными и жаркими. В Национальном аэропорту его встретил
правительственный водитель, довольно быстро доставивший его в отель
сквозь оживленный городской трафик. «Спасибо», сказал Оскар, когда они
добрались до отеля. «Удачного вам дня». Он направился в фойе и
зарегистрировался там.
«Вам несколько раз уже звонили, сэр», сказала ему дама на ресепшне. Это
была молодая азиатка в ярко-красной униформе.
«Окей, отлично».
Она передала ему четыре листочка с записанными на них телефонными
звонками от людей, чьи имена ему были не знакомы, наверное, все они были
журналистами. Двое назвали свои СМИ, в которых работали, а двое других
оставили лишь свои имена. Хорошо, он пообщается с ними утром. И никто не
сможет сказать, что Кибердайн не открыт для прессы — по крайней мере, насколько позволяют ему его возможности. Даже Лейтон говорил с
некоторыми журналистами перед своим вылетом из Колорадо-Спрингс. А
Оскар был еще более доступен. Правда, в своих интервью радио и
телевидению, он не колеблясь уклонялся от ряда вопросов, ссылаясь на
аспекты национальной безопасности, связанные с контрактами Кибердайна.
Но чего еще могли от него ожидать? Исследовательский центр размещался
внутри правительственного объекта, так что вряд ли кто-нибудь сомневался в
том, он выполнял секретные военные заказы.