А теперь... Теперь я знаю, что нигде и ничего нового не увижу, не услышу, и время будет только повторять мне старые сказки сначала. И мне, уже взрослому, прозревшему, будет стыдно слушать их. Мне будет стыдно слушать про Исава, продающего брату Иакову право первородства за чечевичную похлебку. Мне будет стыдно и за малодушие одного, и за низость другого, мне будет стыдно за плутоватость их матери и за слепоту их отца -- не телесную слепоту, -- духовную. Мне будет горько быть опять зрителем живой картины новых крестовых походов детей ко Гробу Истины, -- мне будет стыдно за их гибель, за повторение продажи их в рабство их же полководцами. Мне будет страшно увидеть новые живые факелы и новые костры во славу неразгаданных загадок. И когда я слышу теперь поступь приближающегося Времени, мне делается жутко...
И если я, как Агасфер, хочу смерти, то уже не себе только, -- нет, -- смерти себе и миру. Я не хочу больше ни ваших радостей, ни вашего сочувствия моим горестям, ни моего участия в горестях ваших. Я устал видеть бездарность всех народов земного шара в искании Истины и мирового Смысла Жизни, бездарность, еще не сумевшую до сих пор избавить себя хоть от какого-нибудь из бесчисленных переходящих из века в век страданий. Моя обнаженная от иллюзий душа сжимается от ужаса при мысли, что мне предстоит вечно быть свидетелем страданий человека от природы и человека от человека. И в минуты такого душевного ужаса мне хочется вычеркнуть из памяти всю прожитую мною вместе со всем миром жизнь, все бесконечные века, все тысячелетия и -- забыв все, чему научили нас эти века и тысячелетия, разрушив в самой душе своей все, что создано жизнью, вернуться к Хаосу.
Потому что мое Великое Знание не дает мне чистой, ничем не испорченной радости. Оно не сулит мне ее и в будущем, а судит, вместе с открытием новых знаний и новых идей, ряд новых переворотов, несчастий, страданий, -- торный путь все к тому же концу, к Хаосу. Так уж чем скорее, тем лучше!
Знание разрушило у меня все веры -- от младенческих мифов до веры в незыблемость и силу самого знания. Но я уберег от него еще одну веру: в начало всех начал -- в Хаос. Все в мире возрождалось, не возрождался еще только Хаос. И он должен быть, и будет.
Только Хаос может выделить из себя новое Творчество и дать ему новые элементы для новых творений. Дух Нового Бога пронесется над возрожденным Хаосом, -- дух Бога, не имеющего ничего общего ни с одним из наших старых богов, с которыми у нас столько неоконченных и нераспутанных счетов, -- и этот новый Бог создаст новый, лучший, полный красоты и гармонии мир, ни в чем не похожий на ту хаотическую плесень земной коры, которую мы называем человеческой жизнью...
И... в бессонные ночи, когда моя душа отрешается от тела и уносится, вольная, пытливая, в даль веков и в бездонную глубь мирового пространства, мне кажется, что я чую уже надвигающийся Хаос и над ним дуновение Духа Божия. И я живу новой жизнью Мечты, Сердца и Разума в новом мире... в мои бессонные ночи...
Светает... Опять светает! Еще новый день в старом мире
Если б только уснуть!..
----------------------------------------------------
Впервые: журнал "Пробуждение",No 6, 1910 г.
Исходник здесь: Фонарь. Иллюстрированный художественно-литературный журнал.