Мы репетировали сцену поцелуя, и, несмотря на то, что это был всего лишь спектакль, меня охватывала странная дрожь. Рядом стоял Аднет, его губы были близко, и я понимала, что сейчас должен произойти поцелуй. Но вместо этого меня тянуло к другому, к этому новому, не знакомому чувству, которое возникло вчера. Он был совсем не похож на Аднета. В нем не было этой сценической уверенности, этой театральной страсти, зато его взгляд был таким живым, таким настоящим. Вчера он задавал мне вопросы, которые заставляли задуматься, смешил меня своими остроумными замечаниями, и, казалось, искренне интересовался мной. Я закрыла глаза, когда наши губы почти соприкоснулись. Я не хотела целовать Аднета.
Я хотела почувствовать на своих губах прикосновение этого журналиста, ощутить его тепло, его нежность. Я хотела, чтобы он задавал мне вопросы, смешил меня, заставлял задуматься. Внезапно я почувствовала легкое прикосновение к губам, и, открыв глаза, увидела перед собой Аднета. Он, видимо, заметил, как я отвлеклась, и, с улыбкой, продолжал играть свою роль. Поцелуй был нежным, но меня по-прежнему преследовали мысли о том мужчине, с которым я встретилась вчера.
Я чувствовала, что что-то меняется, что-то новое просыпается во мне. И хотя я пока не знала, что именно это чувство, но я уже чувствовала, как оно меня влечет к Нилу, к этому новому, непредсказуемому миру, который я только начала открывать.
****
Телефон завибрировал в моей сумочке, оповещая о новом сообщении. Я достала его и прочитала: «Привет, Моника! Приглашаю тебя на вечеринку в субботу. Будет много знакомых, в том числе и твой бывший. Тебя ждать буду, не опаздывай!».
Сердце упало в пятки. Сказать, что я была удивлена, это ничего не сказать. Не то чтобы я сильно переживала о своем бывшем, но знать, что он будет на той же вечеринке, что и я, вызывало неприятные ощущения. С одной стороны, я не хотела его избегать. С другой стороны, я не хотела чувствовать себя неловко.
- Ну и зачем ты пригласила его? - прошептала я, словно обращаясь к своему отражению в зеркале. Я знала, что ответ кроется в том, что эта девушка, моя коллега, втайне, возможно, даже не осознавая этого, была влюблена в него. Это был типичный «влюбленный взгляд». Я вздохнула.
- Ну что ж, будем танцевать под мелодию «неловкости», - произнесла я.
В глубине души, конечно, надеялась, что он не придет. Но я знала, что он придет. И это меня одновременно пугало и интриговало.
Я стояла перед зеркалом, рассматривая свое отражение. В голове вертелась мысль, «Пригласи его». И я поняла, что хочу это сделать.
Вчерашняя встреча с журналистом, его легкий юмор, внимательные глаза, все это засело в моей памяти. Он был так не похож на всех этих актеров, с их сценической напористостью и театральной страстью.
Нил был настоящим, открытым, и в его глазах я видела искреннее желание узнать меня. «Нужно позвать его», - решила я, наконец, определившись.
Я представила, как он появится на вечеринке, в компании всех моих коллег, и как они будут смотреть на него с любопытством. Я представляла, как мы будем танцевать, смеяться, и как его рука будет лежать на моей талии, а его взгляд - на моем лице.
«Неплохой план», - подумала я, усмехнувшись своим фантазиям. Я достала телефон и нашла его номер. Набрав сообщение, я немного помялась, но, все же, отправила его: «Привет! Слушай, у меня в субботу вечеринка. Ты не хочешь пройти? Будет весело, и я бы хотела, чтобы ты был там». Я положила телефон на стол, чувствуя легкое волнение. Что, если он откажется? Что, если ему будет неинтересно? Но я знала, что рискнуть стоит. Ведь именно так и начинаются новые истории, новые знакомства. И мне хотелось, чтобы эта история началась именно с него.
Нил
Солнце заглядывало в окно моей маленькой квартирки, разбрасывая по стенам теплые лучи. Я проснулся, потянулся, ощущая приятную усталость. Отпуск! Наконец-то!
Неделя без срочных дедлайнов, без звонков с редакции, без бесконечных беготни по городу в поисках новой информации. Но мой телефон, как назло, завибрировал, прерывая мои мечтания о беззаботном отдыхе. На экране засветилось имя редактора.