Кухня была совсем крошечной, но удивительно уютной.
Стены были выкрашены в теплый желтый цвет, как будто сами излучали уют. На полках стояли ряды разноцветных баночек с специями, а на холодильнике висел магнитик с котиком в шляпе. Я с любопытством рассматривала все эти мелочи, пока родители Нила и Лиски суетились вокруг, готовя ужин.
Запах жареного лука и чеснока витал в воздухе, создавая аппетитную атмосферу. На столе стояла миска с нарезанным салатом, а на плите в чугунной кастрюле уже кипела картошка.
- У нас сегодня борщ! - Радостно объявила Беатрис, и, отвечая на мой восхищенный взгляд, добавила: - Сделала по старинному рецепту, дедушкиному. Никаких замороженных полуфабрикатов, только натуральные продукты, как раньше.
Настоящий борщ - он как воспоминания о детстве. Я с нетерпением ждала ужина, рассматривая деревянные ложки и деревянную доску с рисунком вишенки, которые стояли на столе.
Такая простая кухня, но в ней чувствовалось столько тепла и любви, и это было действительно замечательно.
- Ты не боишься, что мы тебе не вкусно приготовили? - С шуткой спросила Беатрис.
- Я не боюсь. Я уверена, что у вас все будет вкусно, - ответила я, - Ведь у вас так уютно, что и самая простая еда покажется кулинарным шедевром.
- А я думала, ты брезгуешь обычную еду. – Выпалила Лиска.
Ну, вот что опять не так? Прям хочется ей упрекнуть меня в чем-то.
- Прекрати! Кухня не место для выяснения отношений! – Прогремел раздраженный голос Вилена.
- Ну да. Да. Как я могла забыть. – Буркнула девушка.
Беатрис, с видом опытного генерала, руководила процессом разлива борща. Лиска держала половник, движения были точными и уверенными, каждая капля попадала в тарелку, как по команде.
- Налей побольше, Лиска, ты же знаешь, что папа любит с мясом! И не забудь, что я просила не класть туда укроп! - Ее голос, хотя и тихий, был полон решимости и… немного грозным.
Я сидела за столом, наблюдая за этой сценой с легким беспокойством. Дочька, стройная девушка с длинными волосами, покорно выполняла указания, но на ее лице читалось легкое раздражение.
Мне было неловко.
Казалось, эта «операция по разливанию борща» - это не просто семейный ритуал, а целая военная стратегия, где маме было отведено место верховного главнокомандующего.
- Лиска, ты же знаешь, что лучше всего борщ едят с черным хлебом! - Беатрис уже перешла к следующему этапу «инструктажа».
Я пыталась вставить пару слов, чтобы разрядить напряженную обстановку.
- Да, какой борщ, я никогда не пробовала такой вкусный! - Сказала я, улыбаясь Лиске, но она только кашлянула и отвернулась.
- Ты же знаешь, что черный хлеб лучше всего подходит к борщу. Он делает его настоящим. - Заявила Беатрис, не обращая внимания на меня.
Я почувствовала, что начинаю задыхаться в этой атмосфере непрерывных инструкций и упреков. Было видно, что между мамой и дочкой существует некая непростая динамика, но я не хотела вмешиваться.
- И не забудь, что после ужина надо посуду помыть! - Прозвучало как финальная реплика в этой необычной «боевой» сцене. Я успокоила себя мыслью, что это просто семья, у всех есть свои особенности. И что главное - это вкусный борщ, который меня уже ждал.
- Тысячу лет не ел твой борщ мам. – Произнес Нил, который сидел совсем рядом.
- Кушай сыночка. – Улыбнулась женщина и устроилась рядом с главой семьи. Передала ему хлеб и начала пристально наблюдать за Лиской.
****
Ужин был тихим, как будто сам воздух замер в ожидании следующей реплики. Беатрис, с каждой ложкой борща, всё чаще поглядывала на Лиску, словно собирая силы для очередного «штурма».
- И как там твоя работа, Лиска? - наконец, выпалила она, и ее голос звучал как начальник отдела, делающий внеплановую проверку. - Ты же говорила, что хочешь стать фотографом, а что с твоими заказами?
Лиска, которая, казалось, умело лавировала между борщом и салатом, чтобы не оказаться в центре внимания, вздохнула.
- Да, мама, у меня всё хорошо. - Начала она.
- Хорошо? Хорошо?! - перебила ее мама. - А где же твои фотографии? Где твои выставки? Ты ведь говорила, что хочешь открыть свою студию!
- Мама, я… - Лиска пыталась снова вставить слово, но ее перебили.