— Ты всё это время провела на работе? — летающий светлячок в мгновение показался в проёме, моргая своими пиксельными глазками.
— Почти. Успела даже с другом погулять.
— Круто! У тебя есть друг?
— Да. Мы не виделись десять лет, — задумчиво произнесла Фэй и решила достать из заморозки еду, которую купила ещё три дня назад.
— Десять лет — это долгий срок. Вы смогли узнать друг друга?
— Мы даже работаем вместе, — хмыкнула про себя Фэй и поставила алюминиевый контейнер в мини-печку для разогрева. — ВоБо, включи фото моих друзей из загруженных.
— Проекция на стену, — выполняя заданную команду, проговорил бот и автоматически опустил жалюзи, чтобы на кухне стало темнее.
Фэй с улыбкой смотрела на себя подростка. На тот момент худощавую девочку с длинными волосами, всегда закрученными в тугой пучок для удобства на тренировках. На последнее фото родителей, которые погибли при первых взрывах на атомной станции, потому что работали как раз в ту самую смену. На себя и девочек с группы ещё несуразных и угловатых в тренировочных купальниках для художественной гимнастики. На Тару и Эми, которые смогли войти в сборную, когда Фэй осталась на запасных. На Йена и Пейта, которые занимались в том же дворце спорта, только плаванием. На их общее фото, где они впятером стояли в спортивных костюмах. Кажется, именно это фото было последним, перед тем как они «потеряли» друг друга. Накануне как раз и погиб Пейт. А через месяц случился взрыв.
С мелодичным дзынь мини-печь отключилась, возвращая углубившуюся в ностальгию девушку в реальность. Аромат вкусно пахнущей курочки с рисом под кисло-сладким соусом, заполнил всю кухню. Потянув носом, Фэй, привычно облизнулась и полезла за зеленью. Привитая мамой привычка с детства есть много зелени и овощей, сохранилась и по сей день. Достав листья периллы и шпината, Дзы помыла ещё несколько помидорчиков черри и, закусывая всё острым зелёным перцем, вкусно захрустела, периодически громко выдыхая из-за остроты.
ВоБо по второму кругу пролистывал фотографии, зависнув на одном месте, в ожидании, когда получит новую команду.
— Останови, — попросила бота Фэй, шмыгая носом.
На стене крупным планом застыло фото родителей. Подойдя ближе, девушка провела рукой по застывшим воспоминаниям. Родители, ещё молодые, стояли в обнимку и улыбались. Это фото сделала сама Фэй, у подъезда, рядом с огромным кустом жасмина, где они тогда жили. Разве тогда она могла подумать, что слова “на память”, окажутся настолько пророческими.
— ВоБо, расскажи про катастрофу, случившуюся десять лет назад, — тихим голосом попросила Фэй, вытирая тыльной стороны ладони побежавшие по щекам слёзы.
— Утром 5 марта случились первые толчки тектонических плит, у берегов Тихого океана, со стороны западного полушария, которые тайфуном прошлись по всему побережью, направляясь через половину земного шара к азиатской части. Из-за магмы земная кора пришла в движение, и на месте стыков образовались новые горы, которые препятствовали тайфуну, но нарушили экосистему. Выстроенные людьми атомные станции сработали как петарды, одна за другой взорвавшись из-за большой сейсмической активности. Сильные землетрясения и радиация унесли жизни миллионов людей, потопив небольшие части материков и расколов Евразию пополам. Часть западного полушария всё ещё остаётся затопленной, как и отдельные мелкие острова…
Бот стал показывать картинки произошедшего, продолжая раскрывать данные, углубляясь в подробности, но Фэй уже не слушала. Она и так всё знала наизусть. Она прожила те самые дни, видела смерть, разрушенные города, облако едко-оранжевого цвета, зависшего в воздухе, как гриб, и прочувствовала на себе эту боль утраты. Сегодня было четвёртое марта, тот самый день, когда она проснулась в холодном поту, потому что увидела мёртвых родителей во сне.
— Перейти в режим общения, — сквозь слёзы скомандовала Фэй и, закрыв лицо руками, села у стены на корточки, обнимая себя за плечи. На столе остывала еда.
— Завтра день памяти погибших, — привычным голосом напомнил светлячок, подлетая ближе. — Ты готовишься к выступлению с поминальной речью, если решила вспомнить подробности?
— Просто не хочу завтра плакать. Хочу выплакать всё сейчас.
— Это называется всплеск эмоций?
— Это называется жизнь.