— Вы знали, что у Йена раздвоение личности? — с ходу задал он вопрос, не утруждаясь приветствиями и какими-либо объяснениями.
— Что? Раздвоение личности? — опешив, неуверенно переспросила Дзы, явно не ожидая такого вопроса.
— Вы ведь знаете друг друга давно. Никогда не замечали за ним каких-то странностей?
— Нет. Ничего такого.
— Скажите, где вы находитесь?
— Я еду к подруге, — немного замялась с ответом Фэй, что показалось мужчине странным, но он списал это на шокирующую информацию о Таррараке.
— Я попрошу вас стараться избегать контактов с Йеном без присутствия других лиц.
— Вы думаете, это он убил Тару и Эми? — испуганно зазвучал её голос.
— У меня пока нет оснований для подтверждения. Но исключать это тоже не могу. Я подам рапорт о подключении вас к расследованию. Мне нужно, чтобы вы что-то «увидели» в квартире Йена. Я наберу вас завтра утром. И, пожалуйста, Фэй, берегите себя.
— Я постараюсь, — её голос прозвучал слишком обречённо и тихо.
Мужчина нарушал данное обещание, но по-другому сейчас никак. И если одной проблемой не стало меньше, то хотя бы, Джейрон успел предупредить Фэй о возможной опасности. Голословно обвинять человека, он не привык, поэтому навестить лечащего врача Таррарака было необходимо. Оставалось только узнать, у кого он наблюдался. Поднявшись по ступеням вверх, мужчина открыл двери клиники и вошёл внутрь…
Глава 12
— Детектив, вы заехали за мной в шесть утра, — недовольно бурча и потирая сонные глаза, позёвывал Хинатори. — Что мы делаем в Дэллер-таун?
— Выслеживаем Таррарака, — коротко ответил мужчина, надеясь, что подозреваемый сейчас дома.
Оба сидели в машине. Детектив припарковался у обочины, рядом с домом подозреваемого. В такое время улицы ещё были пусты, а первые лучи солнца уже начинала касаться купола.
— Пока меня не было, что вы успели узнать? — вдруг оживился Янг, желая знать все подробности расследования, чтобы понимать, что пропущенный сон был оправдан.
— Ты же собирал на всех досье, разве не сопоставил два и два? — недоумевал Джейрон Ким, с недоверием, косясь на лейтенанта.
В машине было прохладно. Детектив экономил тепло, чтобы не разряжать аккумулятор. Достав с заднего сиденья термос, мужчина разлил по походным складным стаканчикам кофе и сделал несколько глотков.
— Вы про его расстройство? — тут же догадался помощник, расплывшись в улыбке от приятного горячего напитка. — Я, конечно, не знаток и не врач, но люди с таким диагнозом обычно всегда под наблюдением и на таблетках. Вплоть до транквилизаторов. Так что не уверен, что вторая личность Йена совершила все эти преступления.
— Хм, неплохие доводы. Но что, если он не пьёт таблетки? — многозначительно понизил голос мужчина. — Я вчера беседовал с его врачом. И мне показалось, что Йен не пришёл на приём, хотя должен был.
— С чего вы это взяли? — сдвинул брови лейтенант, поудобнее усаживаясь на сиденье.
— Когда я спросил про Йена, он сказал, что это его пациент, а после посмотрел на наручные часы.
— Может быть, он просто хотел узнать, который час?
— Я заметил в его ежедневнике записи, связанные с Таррараком и сделанные при этом наспех. Уверен, он ждал Йена на приём.
Детектив помнил, как сейчас, раскрытый блокнот, который доктор поспешно прикрыл, когда они заговорили о Йене.
— Что же получается? Есть Йен, который живёт обычной жизнью, а есть тот, который убивает?
— У нас нет доказательств, но именно это нам нужно выяснить.
— Будем брать ордер на арест? — загорелся Хинатори, уже напрочь позабыв о холоде.
— Пока думаю, просто пообщаемся, — хитро улыбнулся мужчина.
Вчерашняя встреча с врачом прошла весьма интересно. Без постановления суда на разглашение врачебной тайны детектив не мог ничего выспрашивать про Таррарака, однако разузнать побольше про диссоциативное расстройство личности ему ничего не мешало. Впрочем, как и узнать имя его лечащего врача…
— Вы поймите, переключение между личностями не происходит внезапно, это повторяющиеся процессы. Это защитная реакция на постоянную или повторяющуюся травму, я бы даже сказал, что это отчасти триггер. Про само расщепление может знать только альтер эго, при каких обстоятельствах он появился. Но опять-таки, это всё индивидуально. Нейрохимические процессы мозга до конца не изучены.