Еле смех сдерживаю. Да уж, Вулкану надо книжки писать. Отбоя от читателей не будет.
- Кто-то ещё ранен? - Адель за спиной практически всхлипывает, явно имея в виду своего милого Аарона.
- Мы в норме, - Холл улыбается, все же отпустив Гейджа и дав ему бутылку виски.
Да, пусть свой грязный рот чем-нибудь займёт. В тишине спокойнее.
- Проходной двор, а не бар! - кропохчет Эмерсон, делая большой глоток.
Закатываю глаза, тяжело вздыхая. Прямо старый дед. Не хватает палочки и бороды подлиннее. Тогда ему везде места уступать будут и пенсию выплатят.
- Помочь добраться домой? - Сокол оглядывает бар. - Или тут останешься?
- Переночую здесь, - кое-как поднимается с бильярдного стола, держась за перевязанный бок. По лицу видно, ему больно, но он же сильный мужик, не должен робеть.
- Я пригоню байки позже, - пожимают друг другу руки. - До скорого.
Интересно, где они своих “друзей” оставили? Скрывались от погони?
- Ага, - еле передвигается. - Аарон, выясни все, на хрен! - орет так мощно, что сейчас окна разобьются. - Падлы не должны скрыться!
- Понял, - берет Адель за руку. - Идем. Отвезу тебя или...
Что “или” я уже не слышу, но и так все понятно. Весело хмыкаю, провожая всех немного демоническим взглядом.
Давай же, Мюррей, позволь себя распаковать. Тебе уже пора переступить эту черту. Возможно, даже на крутом байке почувствовать самые горячие эмоции.
Мммм, дрожь несется по телу, едва вспоминаю, какого было трахаться с Гейджом на пирсе. И какой мощный у него член. Оооохххх, жарища. Дышать невозможно. Соски упираются в ткань майки, внизу живота безумно мокро, а мысли только пошлые.
Боже! Я точно помешалась на нем. Хочу и все тут. И не один раз за ночь.
Когда за последним байкером закрывается дверь, все же обращаю внимание на шатающегося Гейджа. Он пьет, что-то бормочет под нос и с трудом поднимается по лестнице.
Выжидаю. Не совсем хочется идти наверх, в его обитель разврата. Еще подхвачу заразу. Потом фиг вылечишься.
Фу! Аж передёргивает. Брррр! Мерзость!
Так, оставлю его одного. Он же справится? Определённо. Лучше переговорю с Джонатаном. Этот говнюк совсем охренел. Подонок.
Да только едва выхожу за порог, слышу страшный грохот на втором этаже. Тут же возвращаюсь, несусь к Гейджу, перепрыгивая через 2 ступеньки.
Толком не успеваю рассмотреть обстановку. Вижу лишь байкера, валяющегося на полу и матерившегося от всей души.
- Гейдж!
Кое-как помогаю ему подняться. Уф, какой он тяжёлый. Сплошная гора мышц. Усаживаю на кровать, стараясь не задевать рану. Проверяю повязку. Вроде бы ничего не разошлось.
Он в норме. Слава Богу!
- Ты как?
Осматриваюсь. Ноги побаливают, но сидеть тут не собираюсь. Местная давалка, наверняка, оставила "подарки" в этом кресле.
- Как сыр в масле катаюсь, - падает на покрывало.
Иу! Черный атлас. Как пошло. Да и все тут не вызывает приличных мыслей.
Красный цвет в дизайне мебели, ковры, занавешенные окна, запах... чего-то дико сладкого.
Жесть. Настоящий бордель. Не хватает только разгуливающих туда-сюда-обратно девушек в полуголом виде. Вот тогда было бы стопроцентное комбо.
- Язвишь, значит не помираешь, - показывает мне фак, кряхтя периодически. - Как ребенок, ей-богу.
- Хотела бы от меня родить?
Чего? Аж воздухом давлюсь, глядя на дергающего рукой Гейджа. Он шутит? Надеюсь, что шутит.
- Очень смешно. Пить надо меньше, Эмерсон.
- А я серьёзно, - приподнимается на локтях. - Пока меня зашивали, будто вся жизнь перед глазами пролетела. И в ней присутствуешь ты, Рейвен.
Взгляд у него какой-то странный, посоловевший, расфокусированный. Будто он под кайфом.
Хм, наверняка, наркоз совместно с алкоголем так воздействует на организм. Поэтому и несет какой-то бред. Видимо, только что реакция на препарат появилась.
- Проспись, Эмерсон! Завтра и не вспомнишь ничего. Не пори горячку.
- Что? - злобно прищуривается. - Не хочешь рожать от такого ублюдка, как я, милая?
Боже! Я точно ему кляп подарю. В виде мячика на резинке.
- Хватит, милый, - подхожу ближе, чтобы завалить его на кровать и отправить спать. Но Гейдж тут же хватает за руки и тянет на себя.
Под громкий визг падаю рядышком. Чудом не задев его рану. Придурок, мля. Идиот!
- Давай потрахаемся, Рейвен, - зарывается в моих волосах, одновременно сжимая грудь мощной ручищей. - Засажу тебе по-полной. Наполню своей спермой, чтобы ни капли не пролило.
Он все бормочет и бормочет. А я все мокрею и мокрею. Зажигаюсь, ставлюсь будто оголённый провод. И так, черт возьми, мечтаю оседлать его, чтобы почувствовать его член не только бедром, но и мокрой киской.
Только он правда немного не в себе. Ещё и без пяти минут со власти сна.