И если ФБР показали все свое дерьмо, то с центральным разведывательным управлением шутки плохи. Они же не заинтересованы в партнерстве с байкерам. Им нужны те, кто все готовит. Те, из-за кого детки богатых родителей слюной захлёбываются.
Да, Стэн мне рассказал, кого недавно удалось вытащить буквально с того света. И как его папаша рвал и метал, что его дорогого сыночка погубили.
Только вот по тем данным, что Стэн показал, сыночек заслуживал такой участи. Уж больно много на нем грехов к двадцати трем-то годам.
Но... папаня его любит. И готов прикрыть его жопу, лишь бы и сам на дно не пошел.
Интересно, тот "высокопоставленный человек" тоже у ЦРУ в разработке? Ну, не верится, что падла в их досье не появилась. Явно же есть.
- И почему нас не встретили автоматной очередью, будто фейерверком на День Независимости?
Кидаю сумку на диванчик, когда-то бывший мне таким родным. Да весь этот сраный дом мне казался родным. Даже уютная квартирка перестала цеплять за живое.
Все же здесь я знатно обосновалась.
- Гейдж Эмерсон не такой дурак. Знает, пристрели он меня или тебя, - усмехается. - начнется полномасштабная война. Бандиты и ЦРУ. Он не захочет терять своих людей.
- Так все равно потеряет, когда они сядут.
- Но будут живы, - философски изрекает, складывая в холодильник наши небольшие запасы продуктов.
- И то верно.
Ну, вот совсем ты из ума выжила, О'Нил! Соберись, тряпка! Вас ждет крайне непростое дело.
- Думаешь, он заявится сюда? - спрашиваю, когда с вещами покончено.
- Сюда? - чешет затылок. - Нет, вряд ли. Должно быть нас будут "ждать" в том баре.
Где работает моя подруга Адель. Хотя, после всего пережитого, рыжая бестия явно не будет счастлива меня видеть.
Интересно, как у нее с Аароном? Выпустили ли его тогда из тюрьмы? Или до сих пор сидит?
Я ведь даже по сводкам не пробежалась. Как вернулась, решила забыть о днях жизни в Селекте. Мол, из сердца вон.
А это самое сердце болезненно сжималось с каждой минутой ожидания.
Наверняка, Гейдж и не взглянет на меня. Наверняка, с той бабой придет, чтобы мне сделать больно и показать, что я не единственная в его мире. Типа - мне тут не место.
Ииии... В глубине души понимаю, он будет прав.
- Проголодалась? Может чего-нибудь сварганить по-быстрому?
Копошится на кухне, а я еду и видеть не могу. После того, как меня стошнило по пути сюда, желудок снова протестующее орет.
- Позже, - делаю глоток минеральной воды. Уууффф, только она и спасает.
- Ты даже не завтракала, - строго, будто я дура дурная. - Давай хотя бы...
Накрываю его руку, полезшую в холодильник. Качаю головой, мило улыбаюсь.
- Нет. Позже, - твёрдо произношу. - Не хочу. Тем более, я закинула в себя бутерброд.
- Когда-нибудь ты себя угробишь, Рейвен, - сам вгрызается в яблоко. - Чего так нервничаешь?
Эх. Знала бы я. Просто что-то внутри неспокойно. И не только от встречи с Гейджом. Меня что-то другое гложет. Но найти этому объяснение никак не могу.
- Не кипишуй, - пытаюсь все свести к шутке. - Я в норме.
- За друзей всегда переживаешь.
Ага, друзья. Верно.
Мы после того бешеного секса у меня дома больше в постель не прыгали. Решили, что хватит с нас. Так, выпустили пар, сняли напряжение. Просто вспомнили старые-добрые времена.
Тем более мне хотелось хотя бы мысленно утереть нос этому горячему байкеру. Пусть знает, что я не страдаю по нему и живу себе дальше. Без него.
Для похода в бар "Черные драконы" напяливаю рваные джинсовые шорты с поясом из ткани, с ярким принтом. Грудь плотно облегает красная, как пожарная машина, майка, держащаяся на честном слове. На ногах любимые кеды.
Все же терпеть не могу каблуки. На шпильках далеко не убежишь. Но некоторые мои коллеги гоняют на них, будто острого ничего нет.
У Стэна все проще - черные брюки, майка, кроссовки. Он будто темный ворон. Или точнее вампир. Только кровь из жертв не пьет досуха и не гипнотизирует их потом вампирскими штучками.
Черт! Не стоило читать ту серию книг "Ночная охотница". Думаю не о том.
К бару подъезжаем на тачке Стэна. Джип старого образца. Эх, жаль не моя детка. Я ведь так и не погоняла на ней. Настроения не было.
Сердце отбивает бешеный ритм, когда вижу кучу сверкающих байков. Один из которых навевает горячие воспоминания.
Нервно подрагиваю, стоит нам войти внутрь бара. Даже ладошки потеют.
Зараза! Где моя храбрость и наглость? Чего я мнусь как девственница в первую брачную ночь?
Так... Все... Дыши... Каменное выражение на лице, грудь вперед, уверенности побольше.
Сейчас начнётся.
- Я же велел тебе не возвращаться, детка, - этот голос... Божечки-кошечки. Волны страсти устремляются в самую сердцевину. То есть между ног, где так мокро, что мне кажется, все слышат, как там хлюпает.