Что касается поиска сообщников Даниэля, я доверяю Дориану, мне уже не страшно и даже есть некое желание присутствовать на поимке, хочется, чтобы они увидели меня, точнее она. До сих пор не могу понять, что за больная женщина управляла Даниэлям в моем похищении, все слишком странно, надеюсь решение этих проблем скоро появится. Продолжительное время мы смеялись и я даже поближе познакомилась с парнями. Оказалось, что оба они холостяки и обеспечивают своих родителей. У каждого из них есть братья и сестры. Мне показалось странным, что у них нет вторых половинок. А после Караян признался, что недавно расстался, а Астат меняет девушек, как перчатки, передо мной копия Лиама... Везде этот жук преследует меня. Дома я оказалась поздней ночью, когда приехала папа уже спал, поэтому я спокойно выдохнула и отправилась к себе в комнату, где думала лишь о поцелуи, воображала их сотни и как жаль, что сейчас он уехал, а не прижимает меня снова к себе... Проснулась я около одиннадцати утра, как хорошо, что никуда не нужно. Я облегченно вздохнула и отправилась в ванну, а после на кухню. Папы дома не было, поэтому прием пищи у меня был в одиночестве. Решила позвонить Лиаму, интересно, как там все у него прошло.
– Привет, салага, – припоминаю я.
– Ха-ха-х, 1:1, что-то случилось, ты давно мне не звонила, стареешь, Элиза, – ухмыляется, через телефон слышу.
– Как свидание прошло, романтик?
– Все клубнично, целовались, болтали, я подарил ей цветы, – мечтательно произносит.
– Оу-оу, осторожно, ты кажется по уши влюблен, – до сих пор удивляюсь я.
– Ха-ха, а сама то, – смеется он.
– А ты стрелки не переводи, лис, – улыбаюсь в ответ, как вдруг на телефоне возникает вторая линия.
– Ладно, пока-пока, у меня тут вторая линия, папа звонит, – мы попрощались, и я ответила папе.
– Привет, мне сейчас звонил Генри, просил, чтобы ты подъехала, – тараторит папа. – У тебя все хорошо?
– У меня все супер, сейчас тогда поеду к ним, не волнуйся, все будет нормально, – заранее успокаиваю папулю. Он спросил еще миллион наводящих вопросов и только, когда я уверила, что Дориан будет поблизости в случае чего, он успокоился и отпустил меня в хранилище. Не прошло и часа, как бессмертный довез меня до “любимого” места. На прощание мы обнялись, он сказал, что подождет, а я и так это знала. Вышла из машины с полным животом бабочек и таким же трепещущим сердцем, а вдобавок прибавилась обида и грусть, ведь придется проводить время со стариком, а не с...любимым?
Глава 16
– Ты как раз вовремя, – улыбается старик, вытаскивая из кабинета диван, а я сейчас начну истерить. Ведь я же шутила про перестановку...
– Да, я здесь, – неловко улыбаюсь, переминаясь с ноги на ногу.
– Прости, что пришлось тебя потревожить, – Генри обтряхивает штаны. – Но мне очень нужна помощь, а все мужчины заняты, только ты спасительница, – кряхтит он, а после вытаскивает второй.
– Поможешь? Я вот затеял небольшую перестановку, хочется побольше пространства, – рукой стряхивает капли пота со лба. Тогда может просто подожжем его кабинет. Так даже легче будет, может и он там сгорит, случайно, конечно же. Нет.
– Да, без проблем, – медленно произношу, потому что это какой-то бред, я реально разнорабочий? Но он здесь один, может потом вовсе уйдет и я напишу Дориану об это? Было бы очень хорошо, но сейчас главное держаться. Смотрю на него, морщины, кривая улыбка, взгляд падает на толстые пальцы. Воспоминания всплывают сами собой, этими чертовыми руками он убил мою маму. И даже не повел бровью, бросил ее тело, махнув рукой. Какое же животное, да умереть ему мало! Отвожу взгляд в сторону, кулаки сами собой сжимаются. Мерзко, мерзко, мерзко. А ведь в теории я могу его сейчас убить? Вот теми ножницами, что лежат на столе. Серебристые, наверное, острые... Так, стоп, стоп. А если не получится, то я подведу всех? И способна ли я на убийство? Мысли говорят мне четкое – да, а на деле не знаю... Но он принес столько боли, он забрал мое детство, забрал любовь моего отца и родителей Дориана, просто потому что захотелось власти? Почему чертова власть так влияет на мозги, почему мы должны страдать из-за алчности других? Я не хочу жить в таком мире, да ему осталось жить два понедельника, на кой черт ему все это? Ненавижу, ненавижу всей своей душой. В глазах начинает щипать, это слезы злости, слезы, что я не могу сейчас пролить, потому тогда это подобие человека может что-то заподозрить.
– Элизабет, куда ты смотришь? – Потная морда встает около меня. Трясу головой.