Я выдыхаю. Теперь снова перевожу взгляд на Генри, который наслаждался зрелищем. А еще к нему медленно подходит Адам, все-таки очнулся, а я понадеялась, что он умер...
– Отпусти его, лучше возьми меня, – смело предлагаю. Пусть лучше я, чем он. Боюсь сделать лишнее движение, нож слишком близко. Смотрю на друга, его взгляд только слегка напуган, пусть смело держится, я сейчас что-нибудь придумаю и все будет хорошо. Безумец и глазом не повел, ему нравится видеть, как я переживаю, как страдаю, когда трогают моих близких, он мстит мне, мстит за то, что приянла сторону Дориана.
– Я убью тебя также, как и твою мамашу. Как же я устал от тебя за все это время, – шипит он. – Думаешь я сразу же не понял с кем ты связалась, понял еще как, ждал только, когда совершишь глупость, но признаюсь, ты обыграла нас, – по сумасшедшему улыбается он.
– И обыграю еще раз, ты поплатишься за мою маму и за родителей Дориана, – голос наполняется металлическим оттенком.
– Твоя мама не хотела работать на нас, но ты все равно нашла яд, поэтому победа за нами, – его губы кривятся в усмешке. – А чертов Периан, я его с детства ненавидел. Все у него было, дар, деньги, ум и красавица жена. А у меня, – он трясет руками, его лицо потеет. – У меня не было ничего, бедный и никчемный мальчик, вот кто я! – кричит он. – А дальше ко мне присоединился Адам, мы с ним похожи, потому что оба не могли терпеть никчемного кузнеца. За его счастливую жизнь я до сих пор его ненавижу.
– Это лишь зависть, ты ничего не добился и решил испортить жизнь другим, думаю тебе стоит похлопать, – неожиданно я не боюсь, а наоборот, я готова сражаться и мстить. Мама, я чувствую ее рядом. Она со мной убьет этого урода.– Заткнись, мелкая шавка, сегодня ты будешь страдать за свои ошибки, Элизабет, – посмеивается он. Куда-то исчезает Адам, а после я вижу, как он тащит к нам Эву, она теперь связана? Он бросает ее около Генри. Я прикусываю губы, что мне сейчас делать? Все заняты, никто не может мне помочь... На лице подруги ярко видны страх и слезы, зачем я впутала ее в это? Зачем их впутала в это? Теперь мои друзья страдают, это невыносимо.
– С кого из них мне начать? – скалится Генри.
– С себя начни, а от них отойди. Ведь мужики в черном сейчас закончатся и что ты тогда сделаешь? – стараюсь заговорить их, чтобы у Дориана с остальными было время.
– Возьму тебя в заложники и заставлю отдать оружие, а затем убью его ядом, – Генри сально поглядывает на Эву, она прикрыла глаза и плачет, разряд боли разносится по сердцу. Перевожу взгляд на Лиама он смотрит на меня без каких либо эмоций.
– Тогда отпусти их и сразу возьми в заложники меня, для чего тянуть время?
– Нет, – Генри начинает протяжно хохотать. – Я же сказал, что ты будешь страдать, да, Адам?– Бу-у-удешь страдать, – хрипло повторяет тот. – Так с кого же нам начать, скажешь, милая Элизабет?
– Я уже ответила на этот вопрос, лучше сделайте мне больно, а их оставьте, – продолжаю настаивать на своем.
– Глупая, глупая маленькая девочка, разве ты
еще не поняла, что в клетке? – Генри хватает за шею Лиама, приподнимает. – Он меня очень бесил в колледже, поэтому начну с него. Старик проводит кончиком лезвия по шее Лиама, мгновенно появляются царапины, выступают капельки крови.
– Отойди! – кричу на него. Откидываю отчаяние, мне нужно действовать и срочно. Со стороны Адама мне прилетает пощечина. Адреналин в крови не позволяет мне почувствовать боль. Не растерявшись я врезаю ему с кулака в морду, как меня учил друг. Адам не ожидал такого поворота событий, поэтому повалился на пол. Добавляю второй удар, а когда он встает бью сайд-киком в бок.
Он складывается пополам, тогда подбегаю и бью его голову себе об колено. Валится на пол, хрипит от боли. Думаю пока он не помеха. Это я только разогрелась, с Лиамом мне так и не удалось потренироваться один на один, но здесь у меня есть пару грушей. Победа над Адамом предает мне сил.