– Она бы мне сказала, если бы не хотела, а тебе советую не лезть, – парень сверкнул черными глазами, приподнимая часть кофты, оттуда выглядывает нож. Лиам смотрит и лишь усмехается.
– Ты меня пугать тут вздумал? – мой друг подходит ближе к дураку, что притащил сюда нож, но между ними встревает моя блондинистая тушка, что не в состоянии прямо ходить.
– Мальчики, все хорошо, – она смотрит на Лиама, он в это время не сводит глаз с кретина. – Мы просто общались и этот приятный парень захотел меня провести до туалета, – на последней фразе Эва икает и прикрывает рот рукой. Вся эйфория уходит, мне хочется хлопнуть себя по лицу. Она даже не понимает, чем могла обернуться ее наивность.
– Не смей подходить к ней, вали туда, куда шел, – Лиам чуть ли не рычит, закрывая своей спиной нас. Вокруг уже сформировался круг тех, кому интересно, чем же все закончится.
– А то что? Сколько захочу раз подойти к ней, столько и подойду, – незнакомец оскалился в злобной усмешке.
– Попробуй, – Лиам процедил это слово сквозь зубы, я не стала лезть, потому что в моих объятиях подруга, которую вот-вот вырвет. Внезапно, кретин смелеет и стремительно обходит Лиама, чтобы подойти к Эве. Я сильнее прижимаю ее к себе. Если он до нее дотронется, мне не составит труда самой вырвать ему руки. Я вижу, как ко мне тянется рука.
– Ты чо, тупой что-ли? – это был риторический вопрос, как я поняла, потому что кретин не смог на него ответить, точнее не успел.
Лиам потянул его за руку на себя, а затем вдарил по лицу с кулака несколько раз. Парень вырвался, отпрыгивая на пару шагов. В мыслях проносятся лишь сожаления за незнакомца, он ведь не знает, что Лиам занимается боксом с детства. А жаль, тогда может быть, он бы не стал лезть на рожон. Набравшись сил кретин, буквально летит с кулаками на Лиама. Пару раз наш друг не успевает увернуться и ему хорошенько прилетает в скулу. Тогда он быстрым рывком хватает кретина за голову и начинает бить об колено, тот еле вырывается, параллельно, доставая нож. Народ вокруг шарахается назад. Некоторые поспешно уходят, а музыка останавливается. Я услышала, как зовут охрану. Лиам рефлекторно поворачивается в сторону выхода и это была его главная ошибка, кретин делает выпад вперед и полосует бедро моему другу. Я начинаю кричать, вместо со мной и Эва, прихожу в себя лишь тогда, когда охрана заламывает кретина, а Лиам взволновано, глядя на нас держится за ногу. Но волнение было не за свою рану на теле, а за подруг. Очнулась я в машине у папы. Он ничего не сказал, посмотрел на нас с Эвой и уважительно кивнул Лиаму. Меня сильно клонит в сон, ничего не понимаю, слышу обрывки фраз, что сегодня ночуют все у меня дома. Я согласна с папой. Перед резким отключением в сон я посмотрела на ногу друга, на его бедре крепко держится лоскут ткани, чтобы кровь меньше текла.
Утро выдалось тяжелым, голова гудит сильнее, чем в моменты видений. Я смотрю на вторую часть кровати - Эва все еще спит. Пусть спит подольше, потому что после этого ее знатно отчитают все, присутствующие в этом доме. Я спускаюсь вниз, за плитой папа готовит кофе, а рядом за столом сидит Лиам. Он в шортах, поэтому я вижу перебинтованную ногу.
– Как ты? – я подхожу к нему, обнимаю.
– Все в порядке, не впервой, – Лиам смеется, видно для него это и правда пустяк.
– Спасибо тебе, если бы не ты я б...
– Я знаю, Элиза, знаю. Я бы не смог по-другому, – он улыбнулся, посматривая на папу.
– Прости, пап, что хлопот тебе доставили, мы думали, что спокойно потанцуем и никаких проблем не нарисуется, – я подхожу и обнимаю его, он оставляет турку с кофе и обнимает меня в ответ.
– Элизабет, вы должны быть осторожнее, ты же понимаешь, что бывает, когда девушки ночью остаются одни, – он тяжело вздыхает, потому что не любит меня отчитывать. – Дочка, это опасно, будь, пожалуйста, осторожней, – он гладит меня по голове, а затем целует в макушку и отодвигает от себя, чтобы заглянуть мне в глаза.
– С тобой все хорошо, к тебе никто не приставал? – я отрицательно помахала головой, папа пару секунд смотрел на меня проницательным взглядом и наконец сдался - понял, что не вру. Я ему улыбнулась, а затем услышала скрип лестницы.
– Доброе утро, сонное царство, – я с сарказмом говорю блондинке.
– Что случилось, – подруга трет глаза, зевая. Когда ее зрение приходит в норму, она видит перед собой три каменных физиономии.
– О, не-е-ет, что-то плохое произошло вчера ночью? – она чуть ли не плача падает на стул рядом с нами.