– Здравствуй, Элизабет, – препод рассматривает бумаги у себя за столом. – Сегодня мы начнем вдвоем.
– А где остальные? – удивленно спрашиваю.
– Твой отец и Адам задержатся, – киваю. – Ты достаточно отдохнула? – повторный знак согласия.
– Тогда начнем, – Генри поднялся с места и присел на диванчик. Я подсела рядом. Рефлекторно произвела все нужные действия. У меня вышло сразу же. Губы не выдержали и расплылись в довольной улыбке.
Я нахожусь в золотистого цвета зале. Смотрю вперед - стелется плитка, а по ее бокам высокие серые колонны - с каждой стороны по три. В конце зала стол из эпоксидной смолы, а внутри него... Кости, похожие на руки. Что за черт? Я озираюсь по сторонам. Около колонн находятся каменные столбцы квадратной формы, наверное, метр в высоту. От неожиданности прикрываю рот. Не верю своим глазам, это ведь священные вещи. Внезапные, приближающиеся шаги заставляют меня запаниковать. Дыхание учащается. Начинаю судорожно дергаться, бегу за колонну. Тело бьет мелкая дрожь.
Видение заканчивается, я сижу с закрытыми глазами. Благо не успела подать вид, что пришла в себя. Мысли теряются друг в друге. Что ему сказать, что придумать? Дыхание снова учащается, сердце бьется так сильно, что слышу его.
– Элизабет, с тобой все хорошо? – Генри начинается елозить на месте. Я не реагирую. Придется придумать что-то, но это что-то должно быть связано с ним. Хотя какая разница, если видение, что пришло ко мне сейчас показывает не Генри, а меня. Нужно чаще тренироваться, а то уже неловко как-то...
– Элизабет, если тебе плохо мне придется прервать нашу работу, – чувствую, что он наклонился ближе ко мне. Я медленно открываю глаза.
– Я не увидела вас, мне нужно больше практики.
– Та-а-ак, – протянул он, ожидая дальнейшего рассказа. – Ты так тряслась и тяжело дышала, что
увидела? – положив руки мне на плечи, взволнованно продолжал Генри.
– То, что я видела весьма личное, – ну, а что можно было придумать еще? В голову не приходит чего-то опасного, а вот голубоглазый...
– Э-э, – препод отсел от меня, удивленно глядя. – Не знал, что такое тоже можно увидеть, – Генри встал, поправляя брюки.
– Тогда подождем остальных и попробуем снова, – твердым тоном произнесла я. Препод кивнул и снова направился за свой стол. Без понятия какое количество времени прошло, но в дверь постучались. Вошел мой папа, следом за ним плелся Адам. Я поднялась, порывисто обняла отца.
– Так, а теперь, все садитесь на один диван, – скомандовала я, скрестив руки на груди. – Будет тесно, но как говорится, в тесноте, да не в обиде, – оглянула мужчин с улыбкой.
– Что ты задумала, дочка?
– Дайте свои руки. Я хочу попробовать увидеть видение, где вы окажетесь вместе, – эта мысль пришла ко мне спонтанно. Вдруг подумалось, что вероятность увидеть ингредиент возрастет, если в видении покажутся все нужные люди, чем смотреть по одиночке.
– Хорошая мысль, тогда приступим? – подал спокойный голос Адам. Они протянули мне руки и тут возникла проблема. Ладони мужчин оказались достаточно большими по сравнению с моей рукой. Тогда я взяла руку папы, положила на часть руки Генри и также поступила с Адамом. А после накрыла их своими ладонями. Здесь должен быть другой алгоритм действий. Нужно включить многозадачность? Так и сделаю. Прислушиваюсь к тишине и своим мыслям. Глубоко дышу. Черт, это будет сложно. Сомнение пытается затащить в свою проклятую клетку, но мне удается сбежать. Так, папа, Генри, Адам.
Папа. Генри. Адам. Ингредиент.
Вспышка освящает, казалось бы, все хранилище, она сильная, словно цунами накрывает меня. Думала, что головные боли отпустили, но не тут-то было. Ощущение, что возле моего уха ударили в огромных размеров колокол, а потом прилетело и мне по голове. Чувствую, что лицо исказила гримаса чуть ли не ужаса. Еле удержалась, чтобы не схватиться руками за голову.
Я стою в темноте. Иду вперед, стараясь не задеть предметы, которые могут находиться рядом. Длятся минуты, а я все еще иду и что удивительно - ничего не сбила. Останавливаюсь. Глаза должны
были привыкнуть к темноте, но ничего увидеть не получилось. Воздух показался мне сжатым, тяжелым таким. Не назвала бы его свежим. И что странно, легкий ветер прогуливается в волосах. Решаюсь походить вокруг, но пустота все также преследует.
Открываю глаза. Долго смотрю в сторону и ничего не могу понять. Я словно опустошена. Всякие эмоции пропали.
– Что такое? – растерянно спросил Генри.
– Там была пустота, – медленно выговариваю я. Тру виски. Что все это значит, может быть их троих в будущем ничего не будет связывать?