– Хм, зайдем с другой стороны, – улыбаюсь, любят же усложнять. – Мне нужна вся информация о Даниэле. В папке его нет, но я точно знаю, что этот человек пырнул моего знакомого в ногу. В твоем клубе, – тыкаю в него пальцем.
– Не понимаю о ком ты, – вот же черт, ну в чем проблема то? Встаю, опираюсь руками на стол и наклоняюсь к нему. Срываю очки, беру за пиджак притягивая к себе.
– Если ты сейчас не перестанешь строить из себя клоуна, то мы поступим совершенно по-другому. Мужики в костюм тут же ожили. – Стоять! – гаркаю. – Иначе убью его прям здесь, – стараюсь их запугать и это получается, красноволосый кивает им. Убивать я, конечно, не буду, мне это не нужно, лишь припугну.
– Ладно-ладно, что тебе нужно?
– Сколько тебе заплатили, чтобы ты скрыл его? – отпускаю его, падает в кресло, поправляя пиджак.
– Много, – растерянно говорит, а затем снова лезет в ящик. Копошится там какое-то время. – Вот, –листок сложенный пополам прилетает мне в руки. Открываю, а там кот наплакал. Даниэль Хилл, двадцать пять лет, часто нарушал правила заведения, дрался, приставал к сотрудникам. Ничего другого нет, но я надеялся увидеть тут что-то связанное с той таинственной женщиной.
– Кто тебе заплатил?
– Позвонила девушка, сказала, что нужно, чтобы убрали информацию о парне, а потом просто перевела деньги.
– Какие инициалы были в переводе? – Караян вступает в диалог, задумчиво смотря в правый нижний угол.
– Сейчас посмотрю, – он залезает в телефон и какое- то время ищет. Если сейчас узнаем ее инициалы, то будет очень хорошо. Это упростит задачу в разы.
– Написаны буквы “Д” и “Х”, – смотрит на нас, а после осторожным движением снова закидывает мармелад.
– Даниэль, – обреченно вздыхаем с Астатом. – Что-то еще есть?
– Нет, больше нам ничего не известно.
– Ладно, – делать здесь нечего, снова пропал, что же там за мадам такая? – Тогда мы пошли, но ты молчишь, ясно? Нас здесь не было, – жду положительный кивок, разворачиваюсь и мы уходим. Нужно решить, что делать дальше.
Элизабет
Спустя два дня
Какое-то время мне удалось отдохнуть, в хранилище не звали, поэтому я роводила время с папой и друзьями. Бессмертный мне рассказал, то вылазка в Рояль не увенчалась успеха, но я не расстроилась, рано или поздно найдем, это сто процентов, а сейчас у нас есть цель поважнее моего похищения. Отношения с Дорианом как по мне быстро развиваются, но я все равно стараюсь не запрыгнуть в его объятия, еще не готова к этому. Да и пусть помучается, так даже лучше. В будущем начнет больше ценить, а если посмотреть, то какое оно у нас? По сути я сама могу взглянуть, но так не хочется, спойлеры в отношениях не приветствую. А продолжит ли он меня любить, если, конечно, любит, когда я стану бабулей? А бессмертные могут иметь детей? Стоп, стоп. Элизабет, что-то тебя не в тот поворот заносит, какие дети, вы даже не в официальных отношениях, но на счет бабули нужно будет спросить, это точно. И сделаю это в ближайшее время, потому что меня снова вызвали в хранилище. Не проходит и двадцати минут, как бессмертный уже ждет меня. Я прыгаю в машину.
– Как ты будешь ко мне относиться, когда я стану бабулей? – его губы вытянулись в улыбку, а глаза лукаво заблестели.
– А ты уже готова со мной быть до старости? – усмешка то и дело проскальзывает на его лице.
– Я такого не говорила, – наклоняюсь к нему так близко, что губы находятся в миллиметрах друг от друга. – Просто стало интересно, – говорю еле слышно, расслабленно улыбаюсь, глядя ему в глаза, которые смотрят далеко не на мои.
– Играешь со мной? – также шепотом интересуется он. Его дыхание дотягивается до моей шеи, а запах проникает в каждую клеточку тела. Не знаю почему, но когда мы в такой обстановке у меня сносит крышу, наверное, я способна на многое, при желании.
– Кто я такая, чтобы играть с тобой, Дориан, – тон выходит слегка томным, провожу кончиком ногтя по его губам, на лице появляется удивление, которое сменяется ожиданием. Чего ждешь, милый?
– Ты моя Карамелька, вот кто такая, – его рука касается моей шеи, а затем большой палец правой руки поглаживает лицо, я прикрываю глаза. – Не открывай глаза, – сладко произносит он, проходясь тыльной стороной руки по щеке. Наклоняется к шее и вдыхает. Потихоньку я прихожу к выводу, что мы токсикоманы. Чувствую кончик его языка, что прикасается к вене на шее, язык скользит вверх, вниз. Дыхание сбивается, стараюсь не издать не свойственных для этой машины звуков.