Подойдя к ней, я обхватил руками холодный, шершавый металл, напоминая о долгих часах работы и о боли в спине. Я напрягся, пытаясь приподнять её хотя бы на сантиметр, но она даже не шелохнулась.
“Всего лишь игра воображения” — мелькнула горькая мысль.
Вспомнив об амулете, я инстинктивно потянулся к нему, сжимая в руке. Холодный камень словно откликнулся на прикосновение, по телу пробежала легкая дрожь.
Снова обхватив наковальню, я сосредоточился. Внутри разливался огонь, наполняя мышцы силой. Закрыв глаза, я ощутил, как амулет отдает мне частицу своей мощи.
И потянул.
На моё изумление, наковальня легко оторвалась от земли, без усилий, будто пушинка. Я распахнул глаза: держать её было тяжело, но не так, как раньше.
Я стоял так несколько секунд, любуясь своим триумфом. Осторожно опустил наковальню на пол, чувствуя дрожь в руках, но в душе — ликование.
«Неужели… всё это из-за него?» — прошептал я.
Разобравшись со своими ощущениями, я понял: в сарае ничего нового я не узнаю. Нужно идти в деревню, к людям. Возможно, кто-то из них знает об амулете.
Размышления прервал голос в голове: “Ты ведь не забыл, Эрвин? Ты должен быть осторожен”.
По пути к выходу я замер. Что скажу людям? Откуда этот амулет? Никто не поверит в историю с незнакомцем. Да и стоит ли им вообще рассказывать?
Оглядев себя, я понял: грязная роба, сажа — я выглядел как обычно, но амулет… Его нужно спрятать.
Я снял с шеи веревку, на которой когда-то висел медный крестик, и продел её через отверстие в амулете. Камень, коснувшись голой кожи, обдал меня холодом.
Выйдя из сарая, я ощутил на себе взгляды. Деревенские жители, как всегда, не упускали возможности поглядеть на меня. Кто-то презрительно фыркал, кто-то бросал косые взгляды, кто-то просто отворачивался, словно я был прокажённым.
Я старался не обращать внимания, шёл прямо, не останавливаясь. Нужно было найти хоть какую-то информацию об амулете.
Первым делом я решил зайти к Элдеру. Он считался мудрейшим в деревне. Может быть, он что-то слышал?
Дом Элдера был маленьким, аккуратным, с резными ставнями и увитым плющом крыльцом. Я постучал в дверь.
После недолгого ожидания дверь приоткрылась, и на пороге появился Элдер. Морщинистое лицо, проницательный взгляд, седая борода — он выглядел так, словно видел на своём веку всё.
— Чего тебе, Эрвин? — нахмурился он. — Зачем пожаловал?
— Господин Элдер, — начал я робко, — мне в руки попала одна… вещица, и я не знаю, что с ней делать.
Элдер прищурился, внимательно изучая моё лицо.
— Что за вещица? И почему ты решил спросить об этом у меня?
— Говорят, вы знаете о старых вещах, о магии… Просто подумал, возможно, сможете помочь.
Элдер вздохнул.
— Магия… Молодёжь забыла о настоящей магии: шары огня и водные потоки — усмехнулся он. — Лишь жалкое подобие.
— Я… не совсем про это, — поспешил я сказать. — Это просто… странная вещь. Не связана с обычной магией.
— Не связана? — удивился Элдер. — И что же это за вещь?
Нельзя рассказывать всё подряд. Особенно Элдеру.
— Не знаю, как объяснить, — уклончиво ответил я. — Она странная. Чувствую от неё силу, но не знаю, как её использовать.
Элдер погладил бороду.
— Силу говоришь… Много чего в мире обладает силой: земля, вода, огонь, воздух… Даже обычный камень. Если знать, как его использовать.
— Да, но… это другая сила, — настаивал я. — Не похожа ни на что, что я знаю.
Элдер посмотрел на меня долгим, пронизывающим взглядом.
— Ты что-то скрываешь, Эрвин, — тихо сказал он. — Я чувствую это.
Мне стало не по себе.
— Я… я не знаю, о чем вы говорите, — пробормотал я, отводя взгляд.
— Ладно, — вздохнул Элдер. — Не хочешь говорить — не надо. Но помни: некоторые тайны лучше хранить при себе. Иначе они могут обернуться против тебя.