«Авира! Что делать?! Что это за чертовщина?!» – в панике вскрикнул я, чувствуя, как страх сковывает движения.
«Держись, Эрвин! Это антимагия. Она блокирует наши силы! Нам нужно что-то предпринять, и быстро!» — голос Авиры был напряжённым, полным решимости.
Я окинул взглядом кабинет. Дворецкий неподвижно стоял у стены, готовый по приказу Райзена напасть на меня. На столе были мечи и копьё Лириэль — бесполезные куски металла в этом магическом капкане. Мне стало не по себе. Что замышляет Райзен?
– Что тебе нужно, Райзен? – спросил я, пытаясь говорить ровно, хотя внутри меня бушевали страх и гнев. – Зачем ты всё это затеял?
Райзен откинулся на спинку кресла, будто я задал самый глупый вопрос.
– Неужели это не очевидно? Ты знаешь слишком много, Эрвин. Ты представляешь угрозу моим планам… планам Чёрного Заката. Чёрный Закат. От одних этих слов у меня пробежала дрожь. Эти фанатики, одержимые идеей очищения мира… Они не остановятся ни перед чем ради достижения своих целей. И сейчас я стал частью их грязной игры.
– Ты собираешься отдать меня им? – спросил я, чувствуя, как волнуют меня панические чувства. – Просто отдашь как трофей?
Райзен пожал плечами. – Это лишь деловая сделка, Эрвин. Ничего личного.
Ты думаешь, я позволю так просто себя сдать? – прорычал я, сжимая кулаки до белизны. – Ты недооцениваешь меня, Райзен.
В ответ он только рассмеялся. Его смех был зубоскальным и злобным, словно скрежет металла.
– Что ты можешь сделать, Эрвин? Ты запертый в антимагическом барьере. Ты лишён сил. Ты беспомощен.
Я взглянул на оружие Лириэль. Бесполезное. Но мой взгляд остановился на кинжале, прижатом у пояса. Я вспомнил слова Лириэль: «Он не просто поглощает магию, он её усиливает». Может быть…
«Авира! Кинжал! Лириэль говорила, он усиливает магию! Что, если антимагия не блокирует, а раскрывает его потенциал?!»
«Безумно, Эрвин! Но это может сработать! Барьер подавляет нашу магию, но не уничтожает её. Используй кинжал как проводник! Сосредоточься, Эрвин! И будь осторожен!»
Возможно, я всё-таки не так уж беспомощен, как ты думаешь — прошептал я, медленно вынимая кинжал из-за пояса.
Райзен нахмурился, увидев, как я готовлюсь сделать шаг. Он почувствовал, что что-то идёт не так.
Кинжал в моей руке начал нагреваться. Я закрыл глаза, сосредоточившись на своих ощущениях. Я представлял, как остатки моей магии, пробиваясь сквозь барьер, устремляются к клинку, как река, стремящаяся к выходу из пустоты.
Сначала я ощущал лишь холод, но вскоре он сменился жаром. Кинжал вибрировал в моей руке, словно одушевлённый. Я чувствовал, как энергия барьера проникает в него, усиливая его мощь.
Жар становился невыносимым, кожа на моей руке начинала гореть, но я не мог выпустить кинжал. Если я сдамся сейчас, всё будет потеряно.
Райзен вскочил с кресла, осознав, что происходит. Он пытался что-то сказать, но я его не слышал. Все мои чувства сосредоточены на кинжале.
Энергия бурлила во мне, обжигая каждую клетку моего тела. Я был лишь проводником, сосудом, позволяющим этой невероятной силе проявиться. Ещё немного… Ещё чуть-чуть…
И тут произошёл перелом.
Кинжал перестал дрожать. Наступила мертвая тишина.
А потом… Взрыв!
Не было ни огня, ни дыма. Только ослепительная вспышка чистой, концентрированной энергии, вырвавшаяся из кинжала и направленная в одну точку барьера. Она пронзила его, словно нож сквозь масло, создавая короткое замыкание трясущей силы.
Антимагический барьер, вместо того чтобы подавлять магию, сам стал катализатором взрыва. Он не выдержал перегрузки, рассыпаясь на миллионы осколков, подобно хрустальному шару, разбитому молотом.
Взрывная волна сбросила меня назад, принеся острое ощущение боли и распада. Но, несмотря на это, сознание осталось ясным. В ушах звенело, а в глазах плясали искры. Я видел. Видел, как Райзен, оглушённый взрывом, лежит в нескольких метрах от меня.
Это мой шанс.
С трудом поднявшись на ноги, я огляделся. Оружие… Два меча и копьё Лириэль валялись на полу, но я был слишком слаб, чтобы добраться до них. Придётся мне вернуться ни с чем, но сейчас важно только одно — выжить.
Понимая, что Райзен скоро оклемается, я решил действовать быстро. Свобода была так близка.
Собрав все силы, я выпрыгнул в окно. К счастью, кабинет находился только на втором этаже. Но я не успел подготовиться. При приземлении ноги коснулись земли, и резкая боль пронзила всё тело, отголоском недавнего взрыва. Ноги подкосились, но я ухватился за толстую ветвь платана.