Адреналин в сочетании с болью взорвал мои чувства. Нужно было сбежать, пока Райзен не пришёл в себя и не вызвал подкрепление. Сад Райзенов, с аккуратными тропками и причудливыми статуями, стал для меня опасным лабиринтом.
Пробираясь сквозь кусты роз, я обернулся. К счастью, погода была на моей стороне – моросящий дождь скрывал меня в полумраке. Перепрыгнув через мраморный фонтан, я добрался до кованой ограды, отделяющей поместье от улицы.
Перелезть через неё было непросто. Каждая мышца болела, а в голове пульсировала от напряжённой боли. Но я знал, что времени у меня в обрез. Перепрыгнув ограду, я спрыгнул на мокрую мостовую узкого переулка.
Прижавшись к сырой стене дома, я пытался отдышаться. Сердце колотилось в груди, как пойманная птица, а дрожь сотрясала тело. Но я был жив. И свободен. Пока что.
Райзен. Он предал меня. Подставил под удар. Я должен был рассказать Лириэль. Предупредить её.
Я понимал, что не могу оставить её в неведении. Понимание того, что я могу больше не увидеть её, вызывало во мне страх и отчаяние, и сердце сжималось от мысли о возможной потере. Между нами было что-то большее, чем просто союз — была связь, основанная на доверии и взглядах, которые мы обменивались, особенно в моменты, когда мир вокруг погружался в разлад. Упоминание её имени, её смех, мелодия, что звучала в моих ушах, когда она была рядом. Я должен её спасти.
Впереди маячила неизвестность, но я знал, что теперь, когда я познакомился с Лириэль и почувствовал её поддержку, я не могу остановиться. Я должен двигаться вперёд, найти её и рассказать о том, что узнал, о том, как я оказался в игре, о которой они даже не догадываются. Я двинусь к Чёрному Закату и сделаю всё возможное, чтобы остановить их. Шаг за шагом, несмотря на страх и неопределённость. Это была моя цель. Мой путь.
С трудом выпрямляясь, я достал из кармана платок и вытер пот с лица, ощущая, как капли дождя смешиваются с потом, оставляя на коже холодный след. Холодные струи дождя усиливались, превращая улицы Талгора в бурлящие потоки, и мне стало непривычно и противно от ощущения, что под ногами – не твердая земля, а мутная река, захватывающая всё вокруг. Накинув капюшон, я двинулся в сторону «Сломанного Клыка», избегая яркого света фонарей, как вампир, прячущийся от солнечных лучей.
Укрываясь в затенённых местах, я, наконец, добрался до бара. Заглянув внутрь, я сразу увидел её — Лириэль, сидящую за одним из столиков. Её руки нервно теребили какой-то безделушку, жадно впитывая все её волнения. Сердце забилось быстрее, когда я вошёл, и мои глаза встретились с её.
Лириэль вскочила со стула, её лицо осветилось тревогой, и, казалось, весь окружающий мир исчез в момент нашей встречи.
— Эрвин! — воскликнула она, подбегая ко мне с такой скоростью, будто боялась, что я исчезну, как тень. — Что случилось? Ты в порядке?
— Я… — затрудняясь выбрать подходящие слова, я запнулся, искав нужную формулировку среди обломков мыслей. — Я в порядке. Но всё пошло совсем не так, как я рассчитывал.
Лириэль помогла мне сесть, её беспокойный взгляд исследовал моё лицо, будто искал, не осталось ли на нём следов опасности.
— Что там произошло? Райзен… Он что-то сделал? А с оружием?
Я рассказал ей всё, от подробностей о долге отца до барьера и того, как мне удалось сбежать, используя энергию этого проклятого барьера, чтобы перегрузить кинжал. По мере моего рассказа лицо Лириэль становилось всё мрачнее, её молчание напоминало удушающую тишину перед бурей. Она слушала меня, не перебивая, лишь изредка вздыхая, и я чувствовал, как её гнев набирает силу.
— Он подставил тебя, Эрвин — тихо произнесла она, её глаза пылали яростью. — Использовал тебя в своей грязной игре.
Я виновато опустил взгляд.
— Прости меня. Я не смог вернуть твоё оружие.
Лириэль покачала головой, её упрямство было непоколебимо.
— Плевать на оружие, Эрвин. Главное, что ты жив.
Она замолчала на мгновение, и в этот момент мне показалось, что между нами возникло невидимое расстояние, не позволяющее прикоснуться к сути того, что она хотела сказать. И вдруг, с грустной решимостью в голосе, добавила:
— Я, знаешь ли, перед тем как ты пошёл к Райзену, всё думала… И поняла, что не могу больше позволить тебе рисковать собой. Ты отдал слишком много, и я должна это отпустить.
Она опустила взгляд на небольшую сумку, висевшую у неё на плече. Я узнал её — ту самую, которую подарил ей после нашей первой совместной вылазки.
Внезапно, от неожиданности и нежности, Лириэль обняла меня крепко-крепко. В её объятиях я почувствовал тепло и поддержку, исцеляющую мою душу.
— Прости меня, Эрвин, — прошептала она мне на ухо, и я почувствовал, как её голос дрожит.