Легким, почти нежным касанием я заправил выбившуюся прядь за ее ухо, прежде чем моя рука, словно змея, скользнула по шее и обвилась вокруг спины.
– Что ты делаешь? – ядовито прошипела девушка.
– Буду искупать свою вину. Ты же этого хотела? – Под мягкими вопросами скрывалась опасная грань.
Алиссия судорожно сглотнула.
Застывшая в комнате тишина напружинилась до предела. Наэлектризованный воздух искрился и потрескивал, разряды пробегали по моему позвоночнику, опаляя кровь.
Пальцы впились в ее затылок, заставляя поднять взгляд. В ее глазах бушевала буря: гнев, смятение, и… что-то еще, смутное и почти неуловимое, что заставляло меня жаждать большего.
— Не смей. Мне не нравится, когда ты прикасаешься, – фыркнула девушка. Она держалась за свою маску равнодушия.
Но это сильнее подталкивает меня к действиям. Я понял, что Алисси нравится, когда я всё беру в свои руки.
Я обхватил ее нежную шею рукой, но не как тиран, а как любящий собственник, не желающий ни с кем делить её.
– Тогда докажи это. Будь более убедительней, женушка, – я наклонил голову, мои губы касались ее губ с каждым словом.
Ее дыхание участилось, но в глазах я увидел не страх, а отблеск пламени, готового вспыхнуть. Мои пальцы, медленно и чувственно, скользнули по ее обнаженному бедру, словно лаская мрамор статуи, пока не приподняли край ее платья.
Мой член упирался в молнию, желая проникнуть в неё.
– Ты вызываешь у меня только отвращение, – прошипела она, но голос дрожал от нескрываемого возбуждения
Ее зубы впились в нежную плоть нижней губы, словно пытаясь удержать рвущийся наружу стон. В ее глазах разгорелась борьба: вызов против желания, отторжение против капитуляции. Мои пальцы коснулись влажной ткани ее белья. Ее тело содрогнулось от удовольствия, мелкая дрожь пробежала по каждой клеточке, когда я сдвинул ее нижнее белье в сторону и провел большим пальцем по ее набухшему клитору. Зубы вонзились в губу еще сильнее.
– Тебе не кажется, что очень странно такое заявлять, когда ты становишься такой мокрой от моих прикосновений, – промурлыкал я, слегка прикусив ее нижнюю губу, наслаждаясь ее слабостью и силой одновременно.
Я не хотел сломить её, я хотел пробудить её, раскрыть все грани её сущности.
— Прекрати, – выдохнула она слабым шепотом.
Не ослабляя хватки на ее шее, я проник пальцем внутрь, заполняя ее податливую плоть. Раздвигая, растягивая, словно лепя из глины новый сосуд. Я ласкал, изгибал, пока не коснулся сокровенной точки. Трепет пробежал по телу, перерастая в судорожную дрожь. На лбу заблестели капельки пота, но она упрямо хранила молчание.
– Хочешь, чтобы я остановился? Но, увы, сейчас ты ничего не решаешь, – мой голос превратился в сталь.
Я медленно вынул палец, затем начал ласкать ее чувствительную плоть. Всё сильнее и напористее, а затем ввёл в нее два пальца.
– Карлос… – прошептала она, задыхаясь, веки ее дрогнули и вцепилась в мои плечи.
– Ты чувствуешь, как капаешь на мои пальцы? Ты сильно возбуждаешься от мужчины, который тебе так противен, – парировал я, проводя языком по ее губам.
Прижимая основание ладони к ее клитору, я довел ее до исступленного стона. Она подалась навстречу моей руке, жадно принимая мое вторжение.
— Заткнись, – бросила на меня гневный взгляд.
Тихий смех сорвался с моих губ. Я упивался ее слабостью, ее зависимостью от меня в этот момент. Мои пальцы двигались внутри нее с неумолимой точностью.
— Ты уже не грани падения, апельсинка. Скажи мне "да". Дай мне почувствовать, как ты изливаешься на мою руку, – мой шепот, обволакивающий и темный, как бархат ночи, проскользнул между нами.
– Нет... нет...
Алиссия сопротивлялась, но ее "нет" звучало все слабее, словно угасающий огонек. Она вцепилась в мои плечи, бесстыдно подаваясь навстречу моей руке, пока я наращивал темп. Ее прерывистые вздохи и стоны сливались с сочными звуками, рождаемыми моими пальцами в ней. Идеальная симфония.
Мой член пульсировал, твердый и требовательный, причиняя сладостную боль. Черт, я мог бы кончить от одного вида возбужденной Алиссии.
Ее щеки пылали румянцем, губы были приоткрыты в немом крике, глаза плотно сомкнуты. В этот момент она была воплощением красоты, неземным видением, которое я жадно впитывал.
Ритм нарастал, подобно прибою. Я проникал глубже и быстрее, пока ее не сорвало волной оргазма, вырвавшейся из горла резким, надтреснутым криком. Не ослабляя хватки, я продолжал ласкать ее клитор, позволяя ей утонуть в накатывающих волнах наслаждения, пока ее тело не перестало содрогаться. Лишь тогда я отнял руку, и отпустил её, она, обессиленная, прислонилась к стене, ее грудь тяжело вздымалась в такт сбитому дыханию.