Её подруги тоже не лезли напрямую, но перешептываний и тычков мне было вполне достаточно. Каждый день я сжимала зубы, повторяя про себя: “Пройдёт. Это не навсегда”.
С Демидом мы не виделись. Его вообще в институте не было в эти дни. Может, уехал по делам, или просто избегал.
Через неделю после смс от этого чудовища я решила, что раз он молчит и не предпринимает никаких действий пора вернутся домой. Мы с Максом поменяли замки в моей комнате. Он принёс инструменты, и мы провозились пару часов: выкручивали старый, врезали новый, мощный, с несколькими ригелями, и добавили задвижку изнутри.
—Теперь ни один псих не войдёт,— сказал Макс, затягивая последний шуруп. Я стояла, глядя на блестящий металл, и чувствовала, как напряжение чуть отпускает.
Стало гораздо спокойнее. Наверно потому, что он не писал больше. Я убралась в комнате: собрала все те “подарки” от человека, которого я видеть в своей жизни больше никогда не хотела и не знала его и сложила в коробку.
Запихнула её на самый низ шкафа, под стопки старой одежды, чтобы больше не видеть этого. Потом выкину, когда решусь выйти с ней на улицу. Пока не решалась — страх, что кто-то увидит, или что он узнает, парализовал.
Я продолжала ходить на подработку в кафе, но договорилась с управляющим, что допоздна работать не буду. Он кивнул, но срезал мне зарплату.
— Ты же понимаешь, меньше часов — меньше денег.
Вариантов не было; безопасность важнее. Я решила поискать ещё какую-нибудь подработку на замену этой, или дополнительно, чтобы хоть как-то жить, не перебиваясь с копейки на копейку.
Мать, конечно, помогала, но она помогала всем мало. Переводила крохи, на которые было просто не выжить. “Учись, не подведи,” — писала она в редких сообщениях, и я чувствовала укол вины, как всегда.
С каждым днём я всё легче воспринимала эту ситуацию. Всё мне казалось, что прошло, что больше звонков и СМС не будет. Я приходила домой раньше, исключала возможность вообще видеться с этим человеком. Возможно, это всё было из-за нового замка, но я не была уверена в этом. Всё же, для своего спокойствия, я периодически обновляла телефон и приложения с поиском новой квартиры, вдруг повезёт найти что-то дешевле, дальше от всего этого.
В субботу рано утром мне позвонил управляющий.
— Ева, привет. Слушай, твоя сменщица заболела, выходи на полный день. Одна будешь, и закрывать тоже тебе. Ладно?
Это означало, что я буду всё время одна, и уходить придётся позже, в темноте. Я уточнила по поводу воскресенья заранее, сказав, что не смогу выйти. Он ответил:
— Всё окей, на воскресенье я выйду сам.
Мы ещё немного поговорили, я тяжело выдохнула, собрала последние силы в кулак, оделась и решила: ладно, пойду.
На улице был дождь. Серый, упорный, как мои мысли. Раскрыв зонт, я пошла до остановки, доехала на автобусе, всунув наушники в уши. Мне предстоял тяжелый день в кафе.
Управляющий встретил меня, кивнул, передал фартук, снимая его с себя. Сказал, что девушка, которая работает у нас по выходным, заболела. Он пообещал докинуть к зарплате немного денег за сверхурочную работу. Поблагодарив его, я принялась чистить кофемашину, но не ожидала, что весь день пройдёт практически пустым. Клиентов не было. Было лишь смутное чувство беспокойства.
К вечеру начала убирать сладкие десерты пораньше. Когда всё убрала, позвонила управляющему и сообщила, что никого нет, я могу идти. Он тяжело выдохнул, сказал, что обычно по субботам пусто, но всё-таки закрывать кафе они не могут поэтому меня и вызвали, у них расписание. Ну да, пораньше я уйти могу. Я поблагодарила его, закрыла кафе и пошла.
Включила музыку и пошла на остановку. Я ждала свой транспорт долго, но он так и не пришёл. Что же произошло?
Открыла приложение с картами и увидела, что на дороге в эту сторону произошла авария и её перекрыли, транспорта не будет. Взгляд сам собой упал на парк. Пойти через парк? Нет, не хотела, не хотела даже близко там идти.
Позвонила Максу, а он трубку не брал. Что же за невезение сегодня такое? — подумала я, чувствуя, как холодный пот проступает на ладонях. Вариантов у меня не было, и на свой страх и риск я пошла через чёртов парк.
В руках вертела телефон. Мне некому было позвонить, кроме как одному человеку. Демид как-то предлагал свою помощь, если что-то произойдёт. На улице было темно, голые ветви с практически облетевшей листвой напрягали меня и пугали, но я не рисковала, посмотрев на тропинку между деревьями, тонущую во тьме. Я положила телефон в карман куртки и пошла; в наушниках играла лёгкая музыка — “Лебединое озеро”, когда-то я под него танцевала, а теперь мысли…