Герцог смотрел на нее так пристально, отслеживая каждое ее движение, так испытующе, как рассматривает ученый в микроскоп насекомое, которое изучает.
В этот момент Имоджен поняла, что этот хищник, этот волк выбрал ее в качестве жертвы. За маской элегантного лощеного сиятельного герцога, родственника королевы, скрывался кровожадный зверь. Расчетливый. Голодный. Смертельно опасный.
Между гостей ловко лавировали хорошо обученные слуги, которых выдрессировал Чивер. Они разносили напитки на подносах. Чивер неслышно подошел к Имоджен.
– Не волнуйтесь, миледи, я уже поменял порядок, в котором гости должны занять места за столом, – негромко сказал он.
– Порядок? Что с ним не так? – переспросила Имоджен и тут же едва не задохнулась от ужаса, поняв, в чем дело.
Герцог Тренвит был самым знатным гостем на ее вечере, а значит, должен был занять почетное место – сесть по правую руку от хозяйки дома.
Глава 11
Имоджен чувствовала себя отвратительно: на стол подавали множество вкусных блюд, а она не могла ничего есть. В горле у нее стоял ком. Даже проглотить ложку супа казалось ей невыполнимой задачей.
Несмотря на смятение, в котором пребывала хозяйка дома, за столом шел веселый непринужденный разговор. Гости много шутили и смеялись, не замечая состояния, в котором находилась Имоджен. Она сидела во главе стола и прислушивалась к тому, что говорили те, кто сидит ближе, стараясь не обращать внимания на Коула.
Когда объявили, что ужин подан, Коул повел Имоджен к столу, как того требовал этикет. Она держала его под руку, ощущая дрожь и тоску.
Эти руки когда-то обнимали и ласкали ее. Они обращались с ней, как с драгоценным хрупким сосудом. То, что Имоджен снова прикасалась к Коулу, казалось ей невероятным, странным. Удивительно, что Коул не узнал ее… От него исходило ощущение неукротимой энергии и силы. Но эта сила была мрачной, дикой, необузданной.
Коул, как и прежде, был необычайно красив, но не это поражало Имоджен. Она с трудом находила слова, чтобы описать впечатление, которое он теперь производил. Каким он стал за этот год? Ожесточенным? Суровым? Одичавшим? Имоджен вдруг снова пришло на ум сравнение с волком. Да, Коул казался хищником, не поддающимся приручению и дрессировке. Хищными казались его походка, выражение лица, взгляд, ухмылка, похожая на оскал. У Имоджен было такое чувство, что он может неожиданно броситься на нее и растерзать.
Закрыв глаза от волнения, графиня напомнила себе о том, что нужно глубже дышать. Ей необходимы были силы и терпение для того, чтобы довести вечер до конца и не допустить скандала.
«Скоро все это кончится», – говорила она себе, тайком посматривая на Коула, который сидел справа.
Она заметила бороздки на ткани его левого рукава. Под сюртуком, видимо, скрывались какие-то ремни. Что бы это могло быть? В душе Имоджен проснулось любопытство. Не отдавая себе отчет в том, что делает, она прикоснулась пальчиком к одной из бороздок и тут же испуганно отдернула руку. Искоса взглянув на Коула, она увидела, что он, нахмурившись, внимательно наблюдает за ней.
Имоджен испугалась. Она ругала себя последними словами за опрометчивый поступок. Почему она вела себя так глупо?
Имоджен приказала поварам и лакеям подавать герцогу еду, предварительно нарезанную кусочками, чтобы он мог есть без использования ножа, орудуя одной вилкой. К сожалению, это привело к тому, что герцог быстро управился с ужином, в то время как остальные гости еще продолжали неторопливо есть.
Вместо того чтобы поблагодарить Имоджен за предусмотрительность и заботливость, он бросал на нее сердитые взгляды так, словно она глубоко оскорбила и унизила его.
Имоджен старалась игнорировать его во время ужина, но делала это не демонстративно. Остальные гости не должны были заметить, что между ними сложились если не враждебные, то, во всяком случае, натянутые отношения.
В голове Имоджен роились десятки вопросов, предположений, версий, ее одолевал страх и ощущение надвигающейся беды. Состояние неопределенности мучило, изводило ее. Графиня старалась глубоко дышать и сосредоточиться на разговоре за столом.
Справа от Тренвита сидела Эдит Хоутон, виконтесса Бродмор, красивая молодая вдова, которая только недавно сняла траур и начала снова выезжать в свет. Имоджен намеренно посадила ее рядом с Тренвитом, поскольку виконтесса была без спутника и поэтому могла уделить больше внимания своему соседу. Имоджен рассчитывала, что они заведут разговор, и это отвлечет внимание герцога от нее самой. Кокетливая дама, казалось, была рада такому соседству.