– Как вы попали в мой сад? – с негодованием спросила Имоджен. – Ворота заперты, и единственный способ попасть сюда – через дом.
Герцог лукаво улыбнулся.
– Двадцать пять лет назад наш старый вяз повредил ограду, – произнес он, показывая на огромное раскидистое дерево. Его могучие корни разворотили небольшой участок каменного цоколя, на котором стояла решетка ограды. – В цоколе образовался пролом, через который может пролезть человек. Я раньше часто использовал эту дыру, чтобы навестить лорда и леди Анструтер. С тех пор много воды утекло, и я, конечно, сильно подрос, однако мне, как видите, хватило ловкости и сноровки, чтобы пробраться через лаз в ваш сад.
– Но зачем вы это сделали? – с недоумением спросила Имоджен.
Прежде чем ответить, Тренвит бросил взгляд на труп.
– Окно моего кабинета выходит в ваш сад. Увидев тело женщины, я подумал, что…
У Имоджен перехватило дыхание.
– Вы подумали, что это леди Анструтер, – закончил фразу Арджент.
Тренвит ничего не сказал. Морли встал рядом с трупом леди Бродмор и бросил взгляд на окно кабинета герцога.
– Увидев тело с такого расстояния, вы действительно могли прийти к такому выводу, – заключил он. – Сходство между леди Анструтер и убитой виконтессой очевидно. Вы могли их перепутать.
– Перепутать? – запинаясь, переспросила потрясенная Имоджен и вгляделась в черты лица несчастной виконтессы. – Разве мы похожи?
– Вы обе – светловолосые, стройные молодые дамы, – ответил невозмутимый Арджент. – На вас в этот вечер были платья схожих оттенков.
– Но это не так! – живо возразила Имоджен, она цеплялась за любую мелочь, чтобы опровергнуть шокирующие выводы инспекторов. – Если вы помните, мой наряд был абрикосового цвета, а ее – с коралловым оттенком.
Однако мужчин не убедил довод хозяйки дома. Они равнодушно пожали плечами. Имоджен в душе прокляла всех представителей сильного пола, которые плохо разбирались в цветах и оттенках. А вернее, не обращали внимания на их отличия. Мужская палитра – проще, беднее, чем женская. Мужчина не видит особой разницы между оттенками красок, если он, конечно, не художник. Для них существуют только основные цвета.
Кроме того, лунный свет смазывает все отличия. Имоджен приказала не зажигать в саду газовые фонари вчера вечером, поскольку не хотела, чтобы гости вторгались в святая святых ее усадьбы, где она обычно отдыхала и писала картины. Преступник напал на жертву ночью и потому действительно мог перепутать виконтессу с Имоджен.
Похоже, что именно графиня должна была оказаться на месте леди Бродмор.
– О боже… – в ужасе прошептала Имоджен и, пройдя неверной походкой несколько шагов, без чувств упала на клумбу, где цвели алые маки.
Глава 15
Коул не без удовольствия поднял упавшую в обморок леди Анструтер на руки. Ее тело обмякло и было неподвижным и легким, словно тюк шелка.
Прибывший в усадьбу доктор судебной медицины распорядился, чтобы графиню отнесли в тень. Она была похожа на спящего ребенка. Коул отнес ее на террасу и положил в шезлонг. Подтянув тело Имоджен повыше, чтобы придать ее голове удобное положение, Коул вдруг заметил, что его протез запутался в ее густых золотистых волосах. Пряди Имоджен зацепились за металлические болты. И Коул, как ни старался, не мог их распутать.
Его сердце все еще взволнованно билось, он не оправился от пережитого страха. Коул сильно перепугался, когда увидел из окна лежащее на земле женское тело. Он действительно подумал, что это была леди Анструтер. Но теперь, когда выяснилось, что она – цела и невредима, ему нужно было бежать из ее дома. Бежать ради душевного спокойствия их обоих.
Опустившись на одно колено рядом с шезлонгом, Коул подложил под голову Имоджен подушечку. Ее густые пышные волосы были тонкими и невесомыми, как пух. Коул невольно залюбовался графиней. Однако поймав себя на том, что пристально ее разглядывает, он быстро огляделся вокруг. Такое поведение могли счесть неприличным. Со стороны могло показаться, что Коул страстно обнимает графиню.
Похоже, эта женщина обладала колдовскими чарами, она заворожила его. Разве Коул был виноват в том, что не мог отвести от нее глаз?
Когда он видел ее, кровь вскипала в его жилах. Коула охватывало возбуждение, его переполняло желание физической близости. Воспоминания о прошлой ночи были еще слишком свежи в его памяти. Он ощущал на своих губах ее пылкий поцелуй, в нем бушевала неутоленная страсть.
Его взгляд упал на бледные чувственные губы Имоджен. Они утратили свой розовый цвет.
Коул вдруг встрепенулся, почувствовав себя извращенцем, который вожделеет женщину, находящуюся без сознания. Его не смущало даже то, что неподалеку лежала другая женщина, мертвая, кем-то зверски убитая…