—Думаешь, шлейф ей подойдет? – проговаривает Грация, что тоже решила присоединиться к выбору моего платья, — у нее длинные, стройные ноги, может кружевное в пол?
Женщина скрещивает руки на груди, осматривая на мне платье с длинным шлейфом, а затем качает головой, кивая Виттории. И если две сестры увлечены выбором моего платья, то Сицилия молча сидит в кресле, и грустно оглядывает магазин, изредка виновато поднимая на меня глаза. Она безумно переживала после вчерашнего шоу, и почему-то винила себя за мое поведение.
—Сицилия, как тебе платье? – спрашиваю я, оборачиваясь к девушке.
—Тебе очень идет, - уголки ее губ слегка приподнимаются, и Сицилия снова опускает глаза, перебирая пальцы.
Я решаю не давить на нее, и дать ей немного успокоиться, поэтому киваю, и снова смотрюсь в зеркало, любуясь идеальным платьем, что не имеет ничего общего с тем, которое я порвала на своей первой свадьбе. Виттория и Грация резко затихают за моей спиной, когда у последней звенит телефон. Виттория резко хватается за свой смартфон, и торопливо кому-то звонит, что начинает настораживать меня. Слишком подозрительно и многозначительно сестры переглядывались.
—Андреа, жена Алессандро звонит Грации, - проговаривает тихо Виттория, но я прекрасно слышу, от чего мурашки пробегают по моей спиной.
—Андреа? – восклицаю я, оборачиваясь к женщине, и она искоса смотрит в мою сторону, переглядываясь с Грацией.
Я начинаю нервничать, когда тишина между нами затягивается, а телефон Грации продолжает жужжать. Осознание, что по ту сторону может быть не только Линда, но еще и Алессандро, сердце загорается пламенем. Я с надеждой смотрю на Витторию, что молча держит смартфон у уха.
—Я тебя поняла, - произносит Виттория, и кивает своей сестре, — Грация, дай Элизе поговорить с семьей. Но Андреа напоминает, ни слова о Беатрис.
Как только в моих руках оказывается телефон, дыхание перехватывает, и я замираю, видя на экране свою же фамилию. Грация не церемонится с подписыванием контактов. Прежде чем поднять трубку, я оглядываю заинтересованные лица дам Романо, а потом наконец отвечаю.
—Привет, - раздается знакомый, теплый голос Линды, и я буквально дрожу, чувствуя мандраж по всему телу, — синьора Коста, поговорим?
—Линда, - хрипло произношу я, и наступает резкая тишина, — я рада слышать тебя.
Внутри все сжимается, и я сажусь в кресло, чувствуя, что ноги плохо меня держат. Линда молчит несколько секунд, а затем раздаются шорохи, и тяжелое дыхание.
—Элиза, mia cara, - голос матери вгоняет меня в ступор, и я непонимающе оглядываюсь, пока на меня таращатся три пары глаз, — как же я рада, Элиза. Я так скучаю по тебе. Как ты?
Я чувствую, как мое сердце сжимается, когда я слышу голос мамы спустя почти целый месяц после моей кражи. Ее слова наполняют меня страхом и беспокойством, ведь как она может скучать по мне, если вовсе никогда не любила?
—Мама, - еле слышно говорю я, и впервые чувствую боль в груди от того, что не вижу родившую меня женщину перед собой.
Может быть, она и не была лучшей матерью, но все же иногда была на нее похожа. И даже на секунду мне становится ее жаль, когда я вспоминаю о
—Как ты, дорогая? Что с тобой? Нам ничего не говорили, я только недавно узнала о том, что Линда знакома с кем-то из семьи Романо! – тараторит мама, и я истерически усмехаюсь, слыша липовое волнение в ее голосе.
—Все отлично, - сглатывая, говорю я как можно увереннее, — скоро выйду замуж. Вот, платье выбираю. Прости, не приглашаю на свадьбу, мой возлюбленный не особо будет рад вашему приезду.
Сицилия касается моего обнаженного плеча, в успокаивающем жесте, а мое тело холодеет от резкости моего же голоса. Я пытаюсь вести себя непоколебимо, хочу задеть мать, но сердце обливается кровью.
—Как свадьба? Тебя принуждают? Элиза, Карлос готовит нападение, тебя заберут! Скоро все закончится, дорогая!
Мама повышает голос, я слышу дрожь в нем, а затем и всхлипы, словно она правда переживает обо мне.