Я закидываю ноги на бедра Андреа, и слегка покусываю его плечо, пытаясь разбудить. Ощущать его мускулы под своими руками безумно приятно, и тело моментально реагирует, когда Андреа сжимает мою талию, прижимая меня ближе. За этот небольшой период рядом с ним, я слишком много ощутила, испытала, и почувствовала, чему безумно рада. Этот мужчина сделал мою жизнь лучше, за что я готова благодарить его каждый божий день.
—Доброе утро леди, - сонно протягивает Андреа, не открывая глаз.
—Зови меня леди Романо, - я утыкаюсь носом в шею, пытаясь обхватить его широкие плечи, —хочется как можно больше официальности с момента, как я стала твоей женой.
Его губы растягиваются в улыбке, и он наконец распахивает свои темные, притягательные глаза, устремляя их на меня.
—Приятно знать, что тебе нравится моя фамилия и статус жены, - проговаривает мужчина, и его руки медленно, но верно спускаются к моей заднице, — а еще приятнее просыпаться с тобой, и видеть, что ты улыбаешься.
Я хмурюсь, и поджимая губы, а затем радостно улыбаюсь, и начинаю спешно расцеловывать его лицо, вплоть до век и бровей. Внутри снова начинают бушевать эмоции, и не негатив, а радость, счастье и удовлетворение, которого мне так не хватало.
Андреа кладет ладонь мне на затылок, и целует, а я едва слышу, как за окном раздается рев мотора, и визг шин. Вдруг он отстраняется от меня, и прижимает к себе, глядя куда-то за мою голову.
—Ты чего? – спрашиваю я, продолжая лежать на мужчине, что моментально напрягся, и сосредоточился.
Дверь в нашу спальню распахивается, и я оборачиваюсь, встречая тяжелый, и безумный взгляд Теодоро, которого я никогда таким не видела. Его улыбка ненормально широка, глаза блестят, а в руке красуется пистолет, от чего мне на секунду становится страшно.
—Дом окружен, семь трупов по периметру, и раненый Кассио, - проговаривает шатен, и Андреа подскакивает, хватая брюки с пола, а мне приходится прижать одеяло к обнаженной груди, — пойду-ка я, развлекусь.
—Без меня не действуй, - грозный голос Андреа заставляет Теодоро остановиться в дверном проеме, — скажи всем женщинам, чтобы собрались в главном холле, где нет окон. Я перестреляю этих сукиных детей, если хоть кто-то пострадает.
Я словно в замедленном действии наблюдаю за тем, как меньше чем за минуту Андреа одевается, надевает кобуру, и только хочет выйти, как оборачивается, и смотрит прямо мне в глаза. Холодок бежит по позвоночнику, от его тяжелого взора.
—Будь здесь, и не подходи к окну, dea, - произносит мужчина строгим голосом, и это была не просьба, а приказ, — я закончу, и мы отправимся домой.
Я не успеваю ничего произнести, как дверь закрывается, и я выхожу из ступора. Выстрелы раздаются за окном, и мое тело пробирает дрожь. Легкая паника окутывает меня, и я в спешке натягиваю на себя белье, подготовленное Витторией вчерашним днем, и накидываю легкий халат, чтобы подойти к окну, хоть Андреа просил этого не делать. Я отдергиваю штору, и открываю рот от удивления, когда вижу большое количество темных бусов и машин, и людей, вооруженных с головы до пят. Тревога за Андреа и Теодоро резко давит мне на грудь, и я сжимаю штору в руке, бегая глазами по мужчинам, что окружают дом, направляя оружие на окна. Живя в доме, Тиара я сталкивалась с нападением на наш дом всего лишь раз, и то, я была ребенком, и помню только то, что Невио прижимал меня к своей груди, держа маленький нож наготове, пока мы сидели под столом, и видели десятки ног, трупов, и падающих патронов. Мне было семь, и с того возраста я перестала пугаться крови, смерти, или пуль, словно мой мозг запрограммировали на то, что все это является нормой. С тех пор я не встречала открытых нападений на свой дом, и никогда не боялась за близких мне людей, но сейчас сердце начинает биться быстрее, а голова кружится, когда я вижу знакомое лицо в толпе.
—Арнольд, - хрипло говорю я, осматривая мужчину, что держит в руках автомат, дуло которого наведено куда-то в сторону входа в дом.