Elisa
Снова это одинокое утро, которое начинает надоедать. Однообразие давит, отсутствие Андреа и вовсе заставляет думать, что я стала ему неинтересна. Этот месяц, что прошел как день сурка, Андреа работал, работал, и еще раз работал, возвращаясь поздно ночью. Душа ныла по нему, но я старалась делать вид, что мне безразлично, чтобы задеть его самолюбие. Но даже видя то, как я специально изображаю холод, он не остывает ко мне ни на секунду. С каждым днем мои чувства усиливаются, окутывают с головой, и единственный человек, о котором я думаю ночами – мой муж. Мысли о семье уже больше не тревожат меня, и я спокойно наслаждаюсь обществом Сицилии и Виттории за чашкой кофе или прогулкой по саду. Недавно, мы даже ездили в салон с Сици, и я наконец обновила свою прическу, окрасив волосы в светлый цвет, чтобы скрыть отросшие, темные корни.
Телефон звенит на тумбочке, и я радостно отвечаю, перед этим увидев любимое имя на экране. В последнее время мое настроение как американские горки, и это безумно раздражает меня.
—Дорогая, привет, - тараторю я, и слышу легкий смешок.
—Как ты, Эли? – сразу же спрашивает Адриана.
Мы созваниваемся каждый день, находя тысячу тем для разговора, пока у нее есть время между операциями и заполнением учебных документов для университета. Я безумно благодарна ей, она не отказалась от меня, и осталась частью моей жизни несмотря на то, что мы находимся так далеко от друг друга.
—Я устала видеть эти стены, - признаюсь я, падая спиной на кровать, и уставляясь в потолок, который уже выучила, —мне нечем поделиться с тобой, Адриана. Андреа снова на работе, Тео не появляется дома, а Кассио, как всегда, молчит, раздражая меня своим спокойствием.
После той истории с подвалом я видела Тео пару раз, не более. Легкое приветствие и пожелание доброй ночи, и больше ничего. Мне бы хотелось узнать, что с ним происходит, но он сам не говорит желанием делиться чем-то сокровенным, а Андреа наотрез отказывается говорить о своем брате.
—Скучаешь по хаосу? – интересуется подруга, и я хмурюсь, задумываясь над ее словами.
Раньше каждый день моей жизни был насыщен эмоциями, в основном негативными, но эмоциями. Я кричала, ругалась, спорила, а здесь, в Каморре, нет тех, с кем я могла бы этим заниматься. Здесь спокойно, уютно, тепло, и даже резкие вспышки гнева во мне не могут излиться наружу, потому что Андреа всегда сглаживает углы.
—Я сама не понимаю, скучаю ли, - я пожимаю плечами, словно Адриана может меня увидеть, —скорее, я скучаю по тебе, дяде и кузенам, не более. Тут я словно в больнице, медленно, но, верно, иду к успокоению своей бушующей крови.
—Мама говорит, Летиция в депрессии, - резко выдает Адриана, и мурашки бегут по телу от возникшей тревоги в груди.
Несмотря на наши напряженные отношения с мамой, я не хочу, чтобы ей было плохо. Волнение заполняет меня, и я сажусь на край кровати, закусывая нижнюю губу, что всегда страдает.
—Что с ней?
—Линда отдалилась от нее, Алессандро наотрез отказывается с ней говорить, и даже часто перечит Дону. В доме Тиара происходит полный хаос, - сообщает Ри.
—Папе не на кого сорваться, - проговариваю я уверенно, ибо знаю, о чем говорю, — мама не в депрессии, просто бесится, что весь гнев отца достается ей.
Когда я была дома, он знал, что может найти любую причину, чтобы поругаться и выплеснуть весь гнев. С отрядом и боссами он ссориться не мог, ведь они подчиняются, а я непокорная. Я – он, и это шло ему на руку.
—Все возможно. Но я рада, что ты в порядке даже в Каморре, - говоря о клане, глава которой убила ее брата, ее голос становится жестче.
—Невио появляется у тебя в больнице? – спрашиваю я, снова ощущая эту боль и чувство вины.
Мой мозг отказывается переставать винить саму себя за ранение брата. Я так и не решилась поговорить с ним, но по словам Адрианы, он бы и не согласился на разговор. Слишком сильно он любит Ндрангету.
—Уже пять дней его нет. Алессандро сказал, что он чувствует себя отлично, и больше не будет проходить обследование легких.
—Упертый, - отчаянно говорю я, и потираю лицо ладонью, в попытке перестать думать о вине.
Тишина повисает между нами, и лишь голоса в больнице слегка слышны.
—Лука вернулся, Элиза, - на одном дыхании произносит Адриана, и я удивленно поднимаю брови, —вчера Феликс, он и Инесса явились в Чикаго. Ровно пять лет со смерти Сандры, они не могли пропустить этот день.