—В последнее меня возбуждает все, что связано с тобой, amore, - проговаривает она, пока мои руки нежно поглаживают ее ноги, —я скучаю по тебе, а ты все время на работе.
—Я скучаю не меньше твоего, леди, - отвечаю я, и целую ее в живот, —и по тебе тоже.
Я вижу, как Элиза закусывает губу, когда мои пальцы медленно постукивают по внутренней стороне ее бедер.
—Давай-ка ты расслабишься, - шепчу я, и приподняв ее, подталкиваю на середину кровати, а потом поднимаюсь сам.
Элиза с интересом смотрит на меня, приподнявшись на локтях, пока я поднимаю ее платье, и взглядом обвожу ее белые трусики, что заставляют меня напрячься. Желание войти в нее по самые яйца вспыхивает внутри, но я сдерживаюсь. Сейчас мне хочется, чтобы моя жена почувствовала себя хорошо, и всего лишь.
Поддев резинку трусиков, я стягиваю их по стройным ногам, и Элиза приподнимает стопы, чтобы избавиться от лишнего.
Я опускаюсь между ее ног и начинаю целовать и лизать ее чувствительные места. Я сразу же улавливаю ее тихие стоны и чувствую, как она становится все более возбужденной. Мои руки ласкают ее бедра, придерживая ее, чтобы она чувствовала себя безопасно. Я продолжаю сосредоточиваться на том, чтобы удовлетворить ее, делая все возможное, чтобы ей было комфортно и приятно, пока член набухает все быстрее. Вывожу узоры меж ее промокших складок, пока ее тонкие пальцы вцепляются в простыни, сжимая их со своей силы.
—Ты не закрыл дверь, - сквозь стон шепчет Элиза, и я останавливаюсь, поднимая голову.
Наши взгляды встречаются, и я слегка улыбаюсь.
—Поверь, леди, весь дом радуется, когда я возвращаюсь домой. Никто не станет тревожить нас.
—Ты намекаешь на то, что я всех доста…, – я снова начинаю лизать ее складки, обводя языком клитор, и Элиза громко вскрикивает, не договаривая.
Я наслаждаюсь моментом, проводя время с моей женой, погружаясь в ее удовольствие, ощущая ее вкус на своих губах, слыша ее томный голос и стоны.
С каждой секундой становится все жарче, но я продолжаю, слегка сжимаю ее бедра, пока она извивается, выгибается в спине, дабы получить еще больше кайфа. Достаточно слегка прикусить кончик ее клитора, как она снова кричит, почти переворачиваясь на бок. Ее ноги дрожат, но я обхватываю их, и прижимаю к кровати, проводя языком от клитора к ее входу. По подбородку стекает ее сок, и я, широко улыбаясь, поднимаюсь, смотря на то, как Элиза зарывается носом в простыни, и тяжело дышит.
Я нависаю над ней, и слегка целую в шею, пока она пребывает в эйфории. Моя любовь и забота о ней озаряют мой облик, и я чувствую себя счастливым, потому что могу делать ее счастливой.
—Когда-нибудь я умру во время секса, - шипит Элиза, наконец поворачиваясь ко мне лицом.
Я снова смеюсь, и удивляюсь тому, как быстро моя жена может заставить меня отбросить все негативные мысли, пока я рядом с ней.
—И я люблю тебя, леди, - я целую ее в уголок губ, а она переваливается на бок, и хлопает рукой по постели рядом.
Я ложусь, и уложив руку ей на талию, придвигаю ближе.
—Иногда мне хочется убить всех вокруг, - признается она, все еще отрывисто дыша, — но ты делаешь так, что я чувствую себя лучше.
—Стоит ли принять это за комплимент?
Элиза закатывает глаза, а затем прижимается ближе, аккуратно принимая удобную позу, чтобы живот находился в правильном положении.
—Так мы едем на узи завтра? – все же спрашивает Элиза, пока я мысленно снова перемещаюсь в другой мир, где идет война.
—Едем, deа. Я обещаю, - шепчу я, и целую ее в висок, пока она греет своими теплыми руками мою грудь.
Глава 40.
Elisa
Смотря на слегка пожелтевшие деревья за окном, я хмурюсь, чувствуя осеннюю хандру. Пытаясь избавиться от навязчивых мыслей, я присаживаюсь за туалетный столик, и начинаю собирать волосы, перед тем как мы с Андреа поедем на узи. Уже второй триместр беременности, а я едва понимаю, что мне делать, когда ребенок появится на свет. В последнее время я слишком импульсивна и истерична, но все это связано не только с тем, что гормоны в организме бушуют, но и с тем, что происходит вокруг. Война, вечно пропадающий Андреа, и волнение за братьев, о которых я ничего не знаю. Андреа дал четко понять, что связь с моей семьей разорвана навсегда, и единственный человек, с которым мне вольно общаться – Адриана, чьего брата убил мой муж. Это все смахивает на фильм ужасов с дешевой мелодрамой, но это моя жизнь, и иногда мне кажется, что я схожу с ума.