Как только я надеваю свой бежевый костюм, что Андреа купил мне после того, как мои платья перестали быть по размеру, и уже собираюсь выйти из комнаты, как мой телефон звенит. Адриана.
Я беру трубку, и поудобнее устроившись на кровати, слышу голос подруги.
—Как ты, будущая мама? – своим привычным, холодным тоном спрашивает Адриана.
—Не называй меня так, - смеюсь я, разглаживая материал на своем животике, —даже за три месяца до родов, я не могу осознать, что из меня должен выйти человек.
Смешок раздается по ту сторону, и вроде бы стоит расслабиться, но я напрягаюсь еще сильнее. Война идет с двух сторон, и если в Каморре все более-менее в порядке, то в Ндрангете настоящий хаос, созданный Теодоро и солдатами, которыми он командует. После того, как Невио напал на моего отца, Адриана сказала, что его держали взаперти, и снова издевались. Снова из-за меня он получил то, чего не заслуживал.
—Как у вас дела? Как братья? – спрашиваю я на свой страх и риск каждый раз, и каждый раз получаю один и тот же ответ.
—В порядке. В больницу не поступали, - сообщает Адриана, и даже от такого ответа становится легче, —только вот проблема пришла, откуда не ждали.
Я хмурюсь, и поджав колени, нервно закусываю губу. Самые ужасные вещи лезут в голову, но я покорно жду, пока Адриана расскажет, что произошло.
—Беатрис ведет себя странно, - отчеканивает Адриана, и мои глаза округляются.
План Андреа по поводу моей единокровной сестры все еще продолжается, а я как верная и преданная жена ношу эту тайну. Если Адриана догадается, мне будет сложно притворяться, будто я не знала о том, что проворачивает Кристофер с Беатрис.
—О чем ты? – пытаюсь говорить непринужденно.
Ри знает, что я никогда не питала к Беатрис теплых чувств, и моя незаинтересованность в ее состоянии оправдывает.
—После ранения почти полгода назад, - Адриана замолкает, и я снова нервничаю от гребаного чувства вины.
На ее дом напали, ранили близких ей людей, и это не может быть тем, что можно забыть. Как бы Адриана ни старалась вести себя спокойно, я знаю, что она злится, и всем сердцем ненавидит дом и семью, в которой сейчас я живу.
—В общем, она отдалилась от всей семьи, ведет себя довольно скрытно, а недавно выяснилось, что кто-то пробирается к нам в дом, и папа сейчас занимается тем, чтобы узнать кто именно, - признается Ри.
Паника захлестывает меня, и я начинаю нервно покусывать губы, понимая, что Кристофера скоро заметят. Я не имела к этому плану никакого отношения, но я знала о нем, и это делало меня предательницей своей единственной лучшей подруги, которую я так любила. Блядство.
—У Трикси кто-то появился? – спрашиваю я, пытаясь разузнать больше информации.
—Не знаю, но весь дом на ушах. Нашли пистолет, принадлежащий либо солдату Ндрангеты, либо кому-то еще.
И будь моя воля, я бы рассказала все Адриане, но я не могу быть преданной двум сторонам. Я часть Каморры, и я обязана сохранить эту тайну.
—Не лучшее время для женихов, - фыркаю я, выказывая недовольство в сторону Трикси, пока меня бьет мелкая дрожь от волнения, —война идет.
—Не говори со мной о войне, Элиза, - чуть жестче проговаривает Адриана, —наши люди страдают. И поверь, я знаю о чем говорю. Двоих пленных выкинули солдаты Каморры прямо в Спрингфилде. Они на всю жизнь инвалиды. Я не знаю, какие безумцы живут рядом с тобой, но отрубленные конечности, пришитые заново без анестезии – жестоко даже для моей хладнокровности.
—Эту войну начала не Каморра, - шиплю я, на рефлексе защищая свою семью и свой дом, —скажи спасибо своему капо, что чуть не застрелил меня.
—Так убейте его, и дело с концом, - громко выдает Адриана, а следом я слышу гудок.
—Я бы с радостью, Адриана, - рявкаю я, и выкидываю телефон в сторону, —с гребаной улыбкой на лице.
***
Андреа кладет руку мне на поясницу, когда мы входим в больницу в компании пяти солдат, что держат оружие наготове. Если раньше мы ездили одни, то сегодня нас сопровождало несколько машин, и Андреа был непривычно напряжен, от чего я нервничала еще больше. Хоть в Каморре и спокойно по сравнению с Ндрангетой, но опасность может подстерегать где угодно, наверное, поэтому Андреа так сильно оберегает меня.