Его привычка считывать все по глазам раньше безумно раздражала меня, но сейчас я понимаю, что он просто волнуется, и не хочет, чтобы какая-то из тайн смогла стать проблемой для нас всех.
—Адриана сказала, что они нашли пистолет в доме Виттало, - начинаю я, и взгляд Андреа ужесточается, —они подозревают, что к Беатрис кто-то приходит. Крис в опасности.
—Этот сукин сын выберется из любой задницы, - вдруг выдает Андреа уверенным голосом, —но я рад, что ты не скрыла это от меня.
—Я верна тебе, - я вскидываю одну бровь, стойко выдерживая взгляд.
—Я не сомневаюсь, леди, - так же уверенно отвечает Андреа, и я кратко целую его в уголок губ.
Мои руки ложатся на живот, и я медленно поглаживаю его, пока мысленно молюсь за то, чтобы с Витторией и Сицилией все было хорошо.
Когда мы оказываемся около особняка, солдаты прочесывают всю территорию, и только потом мы с Андреа выходим из машины. Мои глаза округляются, когда, идя по обычной дорожке к крыльцу, я вижу трупы, истекающие кровью. Андреа хочет избавить меня от такого зрелища, но я словно завороженная смотрю на то, как только недавно живые люди уже не дышат.
Паника нарастает, мы входим в дом, и Андреа во все горло кричит, призывая мать и сестру. Стоит Сицилии выбежать из-за угла, как Андреа подхватывает сестру на руки, и прижимает ее голову к своему плечу, приговаривая, что все будет хорошо. Я же подхожу к Виттории, и безмолвно заключаю ее в объятия. Она выглядит менее шокированной, нежели Сицилия, с чьих глаз неустанно льются слезы.
—Все хорошо, cara, - проговаривает женщина, и проводит рукой по моим волосам, —лучше скажи, как съездили?
Я отстраняюсь от Виттории, и улыбаюсь.
—У вас будет внук, синьора, - тихо произношу я, чтобы Андреа мог спокойно утихомирить Сицилию, —поздравляю.
Улыбка растягивается на губах Виттории, и она, взяв мои руки в свои, просто смотрит, будто не может поверить в сказанное. За все время, сколько я живу здесь, она подарила мне больше любви, чем родная мать, растившая меня двадцать один год. Стоит ли говорить, насколько я благодарна ей за оказанную мне поддержку?
—Забирай Беатрис сегодня же, - доносится до меня голос Андреа, и я с испугом в глазах оборачиваюсь, — как хочешь, Кристофер. Забирай ее, и покончим с этим. Ндрангета не усвоила урока.
Глава 41.
Elisa
—Ты издеваешься? – шипит Крис по ту сторону телефона, пока я пытаюсь усмирить пламя гнева в своей груди.
Гребаное нападение, которое напугало мою сестру, не может оставаться безнаказанным. Крис слишком много времени провел на территории Ндрангеты, и теперь пора воплотить план в реальность в полной мере.
—Ты гребаных полгода обхаживал его дочь, неужели она все еще не влюблена в тебя? – рявкаю я, отходя чуть дальше от мамы и Элизы, когда Сицилия присоединяется к ним.
—Дело не в этом, - я слышу, как Кристофер тяжело дышит, как в голосе звучит ярко-выраженное раздражение.
—Говори, - уже почти рычу я, сжимая телефон.
В окне виднеются солдаты, что пакуют тела охранников в машины, и злость накатывает с новой силой.
—Ты не сказал мне, что будет, когда Беатрис окажется в Каморре. Не сказал, что будет, когда Карлос умрет.
Я дергаю плечом. Это был вопрос, не касающийся клана. Ему было интересно, что будет с Беатрис.
—Она вернется туда, где ей место, - произношу я следом, —вернется к семье.
Тишина повисает, между нами, и я слышу, как дыхание моего кузена учащается. В свои восемнадцать Кристофер был довольно рассудительным и смелым, но вот эмоции, и непрошедший подростковый максимализм не позволяют ему быть жестоким настолько, насколько требует этого клан и наш мир. Но было в нем то, что определяло наличие крови Романо в его жилах, что передалась ему от Фелиции. Иногда он кажется спокойным и тихим мальчиком, но только тронь то, что принадлежит ему по праву, он превращается в машину для убийств.
—Если она откажется? – сквозь зубы цедит Крис.
—Забери ее против воли, но ты знаешь, - предупреждаю я, —не причиняй боли.
—Я никогда не трону ее, - защита слышна в голосе кузена, и я снова дергаю плечом, уже выходя из себя, —даже если бы ты не предупредил меня. Она невинное звено.