Я вопросительно изгибаю бровь.
—Может, ты сам и не замечаешь, но я вижу, как ты млеешь перед своей женой.
—Я не скрываю, что люблю ее, - отвечаю я, и достаю из шкафчика около стола бутылку виски, припрятанную Теодоро.
—Если бы ты не встретил ее, женился бы так скоро? – в лоб спрашивает мама, не сводя с меня глаз.
—Нет, - без сомнений отвечаю я.
Моя жена - совершенно иная, чем женщины из мира преступности. Упрямая, безумная и уверенная в себе, что порой кажется, будто огонь пылает в ее глазах. Она не такая, как все остальные - она выделяется из толпы своим алчным стремлением к совершенству. Я не могу не замечать ее энергию и страсть, которые притягивают меня как магнит. Она неотразима, как пламя, которое разгорается с каждым нашим ссорой или страстным поцелуем. Иногда я даже боюсь, что не смогу удержать этот огонь, который горит в ее сердце. Но я знаю, что даже если она иногда кажется мне слишком горячей и неуравновешенной, она все равно - моя жена. И я не могу не любить ее за то, что она есть, с ее безумными идеями, упрямством и верой в себя. Ведь именно это делает ее такой уникальной и привлекательной для меня. Даже будучи беременной, она не растеряла своего шарма и сексуальности, безумия и упрямства. Вряд ли я мог бы найти такую же женщину где-то в Каморре. Слишком строгие правила нашего клана не дают такой свободы.
—Я даже благодарен Ренато за тот глупый поступок, - признаюсь я, зная о том, что мама явно в курсе той ситуации.
После того, как я узнал, что она помогла Тео убить нашего отца, сомневаюсь, что она не знает о мире, и все что в нем происходит.
—Я рада, что ты счастлив, - мама улыбается, и достав бокал, ставит его напротив меня, —надеюсь, Теодоро повезет так же, как и тебе.
—У Тео большие планы на будущую жену, - усмехаюсь я, вспоминая его желания.
—Такие же большие, как и его эго, - смеется мама, а затем гладит меня по плечу, прежде чем покинуть кухню, и оставить меня одного.
Глава 42.
Elisa
—Если твоя мама увидит, как ты готовишь мне самый вредный в этом мире сэндвич, у нее случится инфаркт, - я болтаю ногами, сидя прямо на столешнице, пока Андреа нарезает бекон, стоя у плиты, —такой же инфаркт как у меня от печени трески.
Я кривлюсь, вспоминая о невыносимом вкусе этого блюда, а затем качаю головой, наблюдая за тем, как ловко Андреа справляется с готовкой.
—Я ведь не могу отказать тебе, - Андреа улыбается, а я в это время бегаю глазами по его телу, что непривычно было обтянуто футболкой, а не рубашкой, что он носит каждый божий день.
Сегодня он остался дома, вместо того чтобы ехать по делам, и убедил меня, что этот день посвящен лишь мне. Я буквально скакала от радости по всей комнате, когда в половину девятого утра обнаружила мужа рядом, а не просто шлейф его духов.
—Я знаю, - ехидничаю я, и спрыгиваю со столешницы.
Прохладный ветерок обдает мои обнаженные ноги, и я подхожу к Андреа, обнимая его. Щекой прижимаюсь к теплой, широкой спине, поглаживая его грудь.
—Сейчас бекон запачкает твои руки, - Андреа бросает кусочки на сковороду, и бекон моментально начинает шипеть.
Я делаю пару шагов назад, заинтересовано глядя на блюдо через плечо мужа. Я давно не чувствовала такой спокойной, домашней атмосферы, и казалось, что мне все это снится. Покрутившись на пятках, мой взгляд падает на телефон Андреа, что лежит на столе. Звука нет, но я отчетливо вижу имя на экране.
—Amore, Крис звонит тебе, - я хватаю телефон, и протягиваю его Андреа.
Неприятное чувство зарождается в груди, и хорошее настроение сменяется грустью. Когда ему звонит кто-то из семьи, он сразу же срывается, и едет на работу, потому что он Дон, и он обязан. Может, это все гормоны, а может мне и правда так сильно не хватает Андреа, что я без него буквально лезу на стены.
—Это она так кричит? – Андреа отходит от плиты, полностью игнорируя уже подскакивающие в сковороде кусочки бекона, —сразу видно, Тиара.
Услышав свою фамилию, мои глаза расширяются, и я пристально смотрю на мужа, что очень тщательно пытается избегать зрительного контакта. Он кладет руку мне на плечо и тянет ближе, но я сопротивляюсь, пытаясь понять по лицу, что именно он имеет в виду под фразой «сразу видно, Тиара».