—Вечером приезжай к нам, а завтра вылетишь в Техас. Надо держать ее подальше от Нью-Йорка. Первое место, о котором подумает этот ублюдок – мой дом, - строго произносит Андреа, и я хмурюсь от недоумения.
Это явно должно касаться меня, ведь там звучит моя фамилия, хоть и прошлая. Как только Андреа кладет трубку, я прищуриваюсь, и упираюсь руками в бока, привлекая его внимание. Он же сначала снимает сковороду с плиты, а только потом смотрит на меня, делая вид, что все нормально.
—Причем здесь Тиара? – уверенно спрашиваю я, и Андреа закатывает глаза, прежде чем притянуть меня ближе, и кратко поцеловать в кончик носа.
Когда он так делает, я чувствую себя пятилетним ребенком, которого успокаивают от очередной истерики.
—Андреа, я серьезно, - фыркаю я, упираясь ладонями ему в грудь.
Мускулы под руками напрягаются, и Андреа грозно смотрит на меня сверху вниз, держа свои ладони на моей талии. Несмотря на то, что во время беременности я стала куда мягче, напугать строгим взглядом меня невозможно. Я видела и похуже, ведь я дочь самого Карлоса Тиара.
—Не думаю, что тебе хочется нервничать, леди, - проговаривает Андреа, словно подогревает мой интерес.
Он говорил по телефону расслаблено, а значит ничего страшного не произошло.
—Говори.
Мой тон становится жестче.
—Беатрис в Каморре, - спокойным голосом проговаривает Андреа, и мои глаза распахиваются от неожиданной новости, —Крис забрал ее. Добровольно.
Я чувствую себя как в вихре эмоций, не могу поверить в то, что скоро увижу ее. Мы никогда не были близки. Никогда не общались, за исключением легких склок при мероприятиях. Эту новость явно сложно переварить. Это кажется, как будто мир перевернулся с ног на голову. Я только недавно обрела ту семью, о которой мечтала, но люди из прошлого приходят и сюда. Несмотря на то, что я знала о плане, сейчас я испытываю смятение.
—Ты позвал их к нам домой, - сглатываю я, бегая глазами по лицу мужа.
—Пока Кристофер в Нью-Йорке, я должен поговорить с ним, а Беатрис теперь неотъемлемая его часть, - сообщает Андреа, и начинает гладить мой живот, безмолвно напоминая о том, что мне не стоит нервничать.
Я не нервничаю, скорее, я даже не знаю, как себя вести при встрече с ней. Шок и недоумение охватывают меня сильнее всего. Как я буду общаться с человеком, которого не любила и который оказывается моим кровным родственником? Это все так странно и непонятно.
—Но она вернется домой? Или ты хочешь, чтобы Крис в действительности женился на ней? – я обсыпаю Андреа вопросами, пока он непоколебимо смотрит мне в глаза, водя ладонями по моему животу, —а что Крис? Он ведь молодой. Ты говорил, ему восемнадцать.
Я не знаю почему, но чувство ревности поселилось в моей груди. Я чувствую, как оно сжимает мое сердце. Каморра мой дом. Романо моя семья. Как Беатрис сможет стать частью всего этого? Невозможно.
—Как только я убью твоего отца, я отправлю ее обратно, к Виттало, - уверяет меня Андреа, и заключает в объятия.
От него исходит спокойствие и тепло, что окутывает меня, и дает облегченно выдохнуть. Новость, что Беатрис здесь ненадолго радует меня, и одновременно пугает. Эти гребаные гормоны делают из меня истеричку.
—Сэндвич скоро будет готов? – тихо спрашиваю я, а затем слышу смешок, пока Андреа нежно целует меня в шею.
—Скоро, леди. Скоро, - проговаривает он, и поцеловав меня напоследок в висок, снова приступает к готовке, давая мне возможность поразмышлять на тему Беатрис.
Пока я накрываю на стол, мысли о том, что сейчас происходит в Ндрангете, не покидают меня. Зная о том, как папа защищал Беатрис на моей же свадьбе, дает возможность осознать, на что он готов ради дочери, что росла вне его брака. Может, мы с Фелисой не были паиньками, но мы были его кровью, и заслуживаем точно такой же любви и защиты, которую получает Трикси. Я живу в Каморре уже больше полугода, а мужчина, которого я звала отцом, лишь один раз пригласил на ужин, и то, хотел убить меня на нем. Боль сжимает внутренности, но звонящий телефон в кармане шорт заставляет меня переключиться.
Я не успеваю поприветствовать Адриану, как ее жуткий крик заставляет меня обомлеть.