Глава 2.
Elisa
Мы подъезжаем к огромному особняку, что принадлежал тете Киаре, дочери бабушки Патриции, что являлась сестрой нашего родного дедушки. Эту часть семьи по папиной линии я не любила, и даже на дух не переносила их лицемерные лица, но сегодня решила побыть паинькой, но только до нашего возвращения домой. Там начнётся сущий ад, будет гореть все, вплоть до нас самих, дайте лишь отцу сказать слово. Войдя в дом в сопровождении четырёх людей отца, мы с Фелисой одновременно делаем глубокий вдох, дабы попытаться быть спокойными, хотя бы на какое-то время. Меня сразу же начали приветствовать незнакомые мне люди, а сестра направляется к маме, которая любезно помогала тете Киаре раздавать подарки присутствующим детям и подросткам. Это было традицией в семье со стороны отца, поэтому моя мама не могла пропустить такого момента, тем более с ее уровнем сентиментальности. Дом был полон незнакомцев и членов нашей великой семьи, кто-то выпивает, кто-то продолжает оплакивать Патрицию Тиара, что при жизни так и не сменила фамилию на фамилию мужа, чтобы не терять статус, а кому-то было абсолютно все равно, и по их глазам читался один единственный вопрос: "Что я здесь забыл?". Родственники отца косо посматривают на меня, и даже не здороваются со мной, будто я была не той, кому можно выказать уважение. Единственная личность, носящая такую же фамилию, как и я, которая соизволила одарить меня слабой улыбкой, была Инесса, одна из внучек Патриции, дочь Феликса, брата тети Киары. Я же улыбаюсь в ответ, и киваю в знак соболезнования. Она была чистой и невинной в свои восемнадцать, и я знала, что через несколько лет ее поглотит наследственность нашей семьи, несмотря на проблемы со здоровьем.
—Жизнь моя, - басистый голос за моей спиной раздается неожиданно, и я, повернувшись, почти влетаю носом в грудь своего дяди Алессандро, которого я любила больше, чем собственного отца, — ты где была? Карлос разнёс пол второго этажа в ваше с Фелисой отсутствие.
Именно Алессандро стал мне вторым отцом. Все мое детство он был рядом, выполняя обычные родительские обязанности, пока мама и папа были погружены в работу и семейные драмы, что не утихали в нашем доме ни на миг, но даже его доброе сердце не могло помочь мне вырасти не похожей на отца. Для своих сорока пяти лет, дядя Алессандро выглядел слишком молодо, поэтому неудивительно, что даже когда я была мала, никто и подумать не мог, что он мой дядя, а не старший брат. Его рост достигал как минимум метр девяносто, спина была такой широкой, что за ней могли спрятаться как минимум две меня, но больше всего я любила глаза Алессандро, которые достались ему от нашего дедушки, просто голубая лагуна, что очень редко для коренных итальянцев. Дядя был единственным человеком в нашей семье, который любил меня безвозмездно, дарил тепло своей души и мне, и своим сыновьям Невио и Адамо, что являются мне кузенами. Пока любимый дядя обнимал меня, к нашему дуэту присоединяется Линда - жена Алессандро, что тоже со мной мила, хоть и не всегда.
—Элиза, - сладким голоском произносит женщина, обхватывая одной рукой предплечье дяди, — как ты, дорогая? Капо снова показывает характер?
Я закатываю глаза и издаю смешок, прежде чем отойти от дяди, и устремить свой взгляд на тетю Линду. Сегодня она выглядит не так шикарно, как обычно, и скорее всего она в обычном брючном костюме только потому, что мама наказала ей не превосходить ее в нарядах. Эта война между моей матерью и Линда началась еще до моего рождения, в момент прихода Линды в наш дом в качестве жены консильери.
В те года по клану пошёл слух, что у Алессандро вкус намного лучше, чем у капо, ведь Линда была профессиональной моделью до рождения своего старшего сына Невио, и мою мать, как жену самого капо это очень сильно обижало. Я тоже восхищалась внешностью тети, мне нравились ее шелковистые, густые волосы светлого оттенка, что являлся ее натуральным, фигура с осиной талией шла к ее маленькому, худенькому лицу, а ее ключицы, что выпирали из-под кожи идеально сочетались с ее откровенными нарядами, в которых она была просто безупречна. Но как правило в семье Тиара не любят смешанную кровь, поэтому уважения к тете Линде было мало лишь из-за того, что она наполовину норвежка, а не чистая итальянка.