Прошу, не звони мне. Сделай вид, что я умерла. Со мной так или иначе это произойдет.
Слова, полные боли и отчаяния заставили меня подумать над тем, чтобы совершить то, что уже произошло. Я всегда делаю то, что хочу, потому что я Романо. К черту приличия. К черту правила.
Я подхожу к собственному дому, пока в мое плечо мирно сопит Элиза, все еще под действием успокоительных. Плечо слабо ноет, но я не обращаю внимания на легкую боль. Сейчас есть дела поважнее. Ощущение правильности действий окутывает меня, и я с гордо поднятой головой наконец ступаю в дом, где меня встречает Сицилия, что явно удивлена.
—Андреа, - испуганно произносит Сицилия, впервые видя меня в крови, да еще и с неизвестной девушкой на руках, — что происходит?
Кассио стоит у двери, в базовой готовности, и незаинтересованно осматривает меня и невесту в моих руках, как в дом входит Крис, широко улыбаясь. В отличие от первого нападения, парень явно чувствовал себя лучше, и я даже знаю почему.
—Крис, уведи Сици, Кассио, позови Теодоро, - приказываю я, и парни не задумываясь приступают к выполнению.
Я вздыхаю, и провожаю ошарашенную Сицилию взглядом, что, вцепившись в плечо Криса, нехотя удаляется из холла. Девочка явно перепугалась, но сейчас меня интересуют другие вещи. Держа Элизу на руках, я шагаю к креслу, и усаживаю ее, подкладывая под голову остатки пиджака Криса. Дернув плечом, я хмурюсь, и вдруг передо мной появляется мама, испуганно смотрящая на меня, а затем и на Элизу.
—Андреа, - тихо произносит мама, чей голос я слышу от силы раз в неделю.
Она подходит ко мне, и касается моего кровавого плеча, стойко выдерживая страшную картину. Я хмурюсь, видя, насколько спокойно выглядит мама.
—Тебе стоит вызвать доктора, - сообщает она, и взволнованно бегает глазами по моему лицу, будто что-то хочет сказать.
И как по заказу, в самый неподходящий момент со второго этажа спускается Кассио, наш консильери, который все еще занимает пост, несмотря на то что его капо уже умер. Мужчина заводит свои дряхлые руки за спину, и раздраженно оглядывает меня, а затем и Элизу, что удивляет всех, кто замечает ее в моем доме.
—Я даже не хочу спрашивать откуда она здесь взялась, - с отвращением произносит Кассио, и дергает головой, видимо, не желая смотреть на леди, — и я против неизвестных личностей в этом доме.
—Тебе напомнить, чей этот дом по праву? – рявкаю я, пристально смотря в серые глаза консильери.
—По закону, ты можешь приводить в свой дом только законную жену, а не ворованную невесту в разорванном платье, - шипит Кассио, и я, слабо усмехнувшись, тут же бросаюсь в его сторону, и хватаю за ворот рубашки.
—Ты жив только потому, что я уважаю Кассио младшего, - рычу я прямо в лицо старику, а затем отпускаю его, давая вздохнуть, — следи за языком, иначе я лишу его тебя.
—Дон мертв, - резко выдает Кассио, как только я отстраняюсь на безопасное для него расстояние, — и как его советник сообщаю, смерть довольно загадочна.
Ликование зарождается в моей груди, но я натурально изображаю удивление, но следом и правда удивляюсь, видя непоколебимое лицо матери, что, уперевшись плечом в стену, безобидно оглядывала Элизу, мирно спящую в кресле. Она прекрасно слышала сказанные Кассио слова, но продолжает вести себя непринужденно, будто так и должно быть. Я поправляю ворот своей рубашки, и растеряно смотрю в пол, прежде чем задать вопрос.
—Что с отцом?
—Смерть наступила более получаса назад, - нехотя говорит Кассио, — я вызову экспертов, чтобы выяснить причину.
—Сделай это прямо сейчас, - приказываю я, и у Кассио нет вариантов, как только выполнить мой приказ беспрекословно.
Мужчина достает старую модель телефона из кармана, и наблюдая за моей реакцией, медленно удаляется, видимо, подозревая меня в убийстве, в котором, я, как раз таки частично замешан. Я выдыхаю, когда Кассио покидает дом, и сразу поворачиваюсь к маме, а с террасы заходит Теодоро в компании Кассио младшего. Моей радости нет предела, и улыбка на лице тому подтверждение. Я подхожу к маме ближе, и обхватываю ее подбородок двумя пальцами, желая увидеть ее карие глаза.