—С кем ты хочешь поговорить? – говорю я спокойным тоном, и Элиза загорается еще ярче.
—С Алессандро, - воодушевленно говорит она, дергая пальцами под одеялом, — я хочу поговорить с дядей Алессандро.
Когда я слышу имя консильери, мои глаза автоматически закатываются, а челюсти стискиваются. Наша молчаливая ненависть с младшим братом Карлоса длится ровно с того момента, как я вступил в должность подручного отца, и стал посещать переговоры, явно раздражая этим Алессандро. Я вздыхаю, а когда поднимаю глаза на Элизу, удивленно хмурюсь, видя, что она подобралась ко мне ближе. Ее невинное личико, с горящими изумрудными глазами оказывается напротив моего, и она с надеждой смотрит на меня, ожидая ответа.
—Завтра я организую тебе разговор.
Уголки ее губ поднимаются, и я касаюсь ее щеки, а Элиза отстраняется, замешательство выступает на ее лице. Возможно, я поступаю слишком резко и настойчиво, но, я получаю желаемое всегда, когда хочу.
—Андреа, - проговаривает она на выдохе, и наши взгляды встречаются.
Я чувствую, что моё сердце бьётся быстрее, когда она рядом. Её ум и красота притягивают меня, заставляя меня думать о ней постоянно. Я не могу понять, что происходит со мной, но я притягиваюсь к ней как магнит. Каждый раз, когда она улыбается или говорит со мной, моё настроение поднимается и я чувствую себя особенным. Я не могу объяснить, что происходит со мной, но, черт возьми, я знаю, что она оставила глубокий след в моём сердце.
—Ты ведь понимаешь, что я отличаюсь от ваших женщин? – спрашивает Элиза, продолжая находиться ближе, чем она может себе позволить.
Я кратко киваю, зная, насколько она другая.
—Теперь я часть Каморры, но в силу своего характера я не смогу подчиниться тебе, - произносит она, — и, если ты хочешь, чтобы я стала твоей женой, тебе придется принять тот факт, что я сама себе хозяйка. Я Тиара, мой кровь не создана для подчинения.
Упрямая, настойчивая, своевольная, и, блядь, безумно привлекательная, когда ставит мне ультиматумы. Я качаю головой, соглашаясь с ее словами, но мысленно знаю, что мы сможем сойтись с ней на компромиссе, стоит только подождать.
—То есть ты свыклась со своим положением? – подначиваю Элизу я, и она усмехается, но не опускает головы, уверенно выдерживая мой взгляд.
—Ты сказал мне одну вещь, когда мы ехали в машине, - леди вынимает руки из одеяла, и я замечаю свою футболку на ней.
Чувство собственности греет мне душу, и я самодовольно улыбаюсь. Все эти разговоры в моей спальне, в моей постели, вызывают во мне смешанные чувства, и не только радость и наслаждение, но еще и возбуждение, от вида ее оливковой кожи, тонкой шеи и аккуратных плеч.
—И какую же? – спрашиваю я.
—Ты сказал, я больше не принцесса, - ее губы растягиваются во властной, широкой улыбке, — я королева. Поэтому я не сильно расстраиваюсь повышению своего титула.
—И каково тебе?
—Я пока привыкаю, - ехидничает Элиза, и ее плечи опускаются, что значит, расслабляется, — но поверь, я буду проблемой на твою голову. Ты украл не просто невесту, ты украл сумасшедшую невесту.
—Может на это и был упор, - смеюсь я, и падаю на кровать, упираясь ладонью в голову, — я знал, кого крал, леди. И то, что ты сумасшедшая я понял еще тогда, когда ты убила своего же солдата из-за своего пылкого характера.
Элиза выдыхает, и ложится рядом на приличном расстоянии, снова укутываясь в одеяло. Ее глаза светятся даже в темноте, но она делает вид, что все еще не испытывает ко мне каких-либо чувств. Может, мы и не так близки, но тонкая нить между нами присутствует, и это глупо отрицать.
—Может выделишь мне комнату? – Элиза прищуривается.
—Чем тебе не нравятся мои хоромы? – спрашиваю я в ответ, и леди оглядывается, с недовольством осматривая мою холостяцкую комнату в темных тонах.
—Тем, что они твои, Андреа, - шипит она, и зевает, прикладывая ладонь ко рту.
—Хочешь выспаться, леди?
—Теперь я живу в доме вражеского клана, в комнате самого Дона. Есть ли возможность выспаться без страха быть убитой? – язвит леди, и я смеюсь, а затем ложусь поудобнее, заводя руки за голову.