—Минет не есть поцелуй, Тео, - выпаливает Андреа, и встает с места, поднимая меня над землей, а я изгибаю губы буквой «о», от его слов.
—Такой моветон, брат, - кривится Теодоро, — при леди, да такие слова!
Андреа уже замахивается в него бокалом, но шатен успевает скрыться за дверью, а я усмехаюсь себе под нос, продолжая висеть в воздухе, в руках мужчины. Я качаю ногами, пытаясь достать носочками до пола, но рост и хватка Андреа не позволяет мне это сделать. Я как ребенок запрокидываю голову, смотря на мужчину вверх ногами, и он качает головой слабо смеясь. Непреодолимая радость окутывает меня, когда я вижу его улыбку, и меня уже перестает смущать тот факт, что он несет меня в спальню, не давая возможности дойти самой.
Дверь распахивается, Андреа ставит меня на пол, и я оборачиваюсь, склоняя голову набок, проявляя интерес. Пока мужчина медленно изучает меня, я изучаю его в ответ, темные волосы слегка взъерошены, рубашка расстегнута на верхних пуговицах, а руки плотно сжаты в кулаки, будто он все еще зол.
—Мне не нравятся твои выходки, - Андреа цепляется взглядом за мои глаза, и я как зачарованная не могу оторвать от него свой, — Каморра отличается от Ндрангеты, причем очень сильно. Ты не можешь жить как захочешь, когда остальные беспрекословно подчиняются нашим законам.
Легкое волнение зарождается в моей груди, и я вздыхаю, формулируя речь. Мне вдруг пришло в голову быть аккуратнее с Андреа, но вот моя кровь, мои эмоции, и мои вспышки агрессии немного не согласны с этим.
—Ваши законы строже, чем в любой женской тюрьме, - возмущаюсь я, — я не буду молчать, когда меня пугают, не буду бояться, когда ко мне подходит мужчина, и тем более не буду лишать себя обычных манер, когда нужно с кем-то поздороваться за руку.
—Элиза, - холодный тон Андреа не пугает меня, и я продолжаю стойко выдерживать его взгляд.
—Ты не подчинишь меня. Бесполезно, - шиплю я, прищуриваясь, и Андреа качает головой, шевеля челюстью.
—Я в душ, а ты собирайся, - рявкает мужчина, одаривая горящим от гнева взглядом, — мы летим в Техас.
Неожиданное заявление Андреа вводит меня в ступор, и я даже не замечаю, как он скрывается за дверью ванной. Потом я все же осознаю, и даже вспоминаю о том, что Андреа обещал мне разговор с Алессандро, и сейчас это может быть именно он. За эти два дня я успела соскучиться по близким, и уже чувствую, как серотонин повышается от одной только мысли, что я могу увидеть братьев и дядю.
Наспех я надеваю вчерашние брюки и топ, а когда слышу звук дождя за окном, в панике начинаю искать что-то потеплее, в тех пакетах, что до сих пор стоят по всей комнате. Пока я роюсь в них, и пытаюсь найти среди платьев, нижнего белья, и брендовой обуви какую-нибудь толстовку или куртку, из ванной уже выходит Андреа, и говорит по телефону, не обращая внимания на меня и мое занятие. Я отрываюсь от дел, и воодушевленно, словно ребенок, надоедающий родителям, подбегаю к мужчине, и касаюсь его руки, тем самым отвлекая от разговора. Когда он переводит на меня свой пронзительный, и не особо довольный взгляд, продолжая говорить о каких-то поставках, я резко осознаю, что он стоит передо мной в одном полотенце. Мои глаза пробегаются по еще не до конца высохшему после душа торсу, а затем останавливаются на широких плечах, и мелких шрамах на них. Андреа удивленно изгибает брови, а я вспоминаю про интересную татуировку на задней части его шеи, и обхожу мужчину, а затем замираю, испуганно округляя глаза. На меня смотрит огромный лев, растянутый на всю широкую спину мужчины, его грива окрашена кровью, острые зубы выглядывают из пасти, а взгляд, взгляд пылает безудержным гневом, и внушает лишь страх. Я поджимаю губы, когда касаюсь носа льва, и кончиками пальцев ощущаю, что это не просто кожа, это рубцовая ткань. Приглядываюсь, понимаю, что лев лишь прикрытие, и вижу сотни длинных рубцов, плотно скрытых под слоем темной краски. Я нервно отдергиваю руку, и Андреа оборачивается, смотрит мне в глаза.
—Это шрамы, - тихо произношу я, и Андреа, резко перебивает меня.
—Я оденусь, и мы можем ехать. Имей в виду, с нами поедет охрана. Даже не думай вести себя так с отрядом, уяснила?
—Снова это твое «уяснила», - фыркаю я, и закатываю глаза, минуя мужчину.
Тема с его раненной спиной все же остается интересной, но реакция Андреа дает мне еще большую уверенность в том, что это слишком личное. Желание узнать его ближе растет в геометрической прогрессии.