Николь
Мы подъехали к дому и вдруг Виктор резко схватив меня за руку, потащил в дом. Я не понимала, что происходит. Сердце забилось от страха, а тело покрылось мурашками. Мужчина не останавливаясь тащил меня дальше, не реагируя на мои вопросы.
Боже, он стал каким-то невменяемым! Что я такого сделала, что он вдруг кардинально изменился? Втолкнув меня в комнату, он с силой захлопнул дверь, звук которой разнёсся по всему дому, а во мне отозвался пробудившейся паникой.
Внутри все кричало о том, чтобы я бежала отсюда как можно дальше! Чтобы я спасалась от этого монстра, наступающего на меня! Он срывал одежду, неотрывно гипнотизируя, лишая всякой воли, а когда его тело прижалось к моему, я лихорадочно задрожала и стала извиваться в руках, несущих сейчас одни страдания и боль.
- Пусти...мне больно...что с тобой? - попыталась хоть как-то остановить его, но прекрасно понимала, что у меня нет ни единого шанса.
Вздрогнула, когда он с какой-то злобой прорычал в мое лицо:
- Заткнись!
Его пальцы грубо сжали мой клитор, отчего по телу прошла волна боли и дискомфорта, но Виктора это только разогревало.
- Пора напомнить, кому ты принадлежишь!
Господи, да я и не забывала! Зачем же он так со мной? Ведь эти разы, что мужчина обладал мной были в какой-то мере приятными, а сейчас он снова насиловал меня, как и в первый раз, беря то, что считал своим.
Его прикосновения были резкими и грубыми, губы словно наказывали, а потом он подхватил меня и швырнул на кровать. Не дав времени опомниться, мужчина перевернул на живот и всем весом навалился сверху, отчего мне было трудно дышать. Тело ломило от тяжести и грубых прикосновений. От его резких слов внутри все сжалось:
- Сейчас хочу трахнуть тебя раком, девочка! Нуже, иди сюда...
Сделала отчаянную попытку отползти и прошептала, умоляя сжалиться:
- Пожалуйста...- но мужчина озверел до крайности и я закричала, когда его член на всю немалую длину врезался в мое лоно, разрывая и тараня мою плоть.
Нет, нет, нет! Он снова насиловал! Он снова терзал мое тело! Он будто бы за что-то наказывал, а я не могла понять этого! Его руки причиняли боль, но физическая боль была ничто по сравнению с душевной. Я была наивной дурой, поверивший на какой-то миг, что эти дни смогу выдержать рядом с этим монстром.
Но сейчас, когда он в очередной раз опустил меня на самое дно ада, выжигая в душе клеймо боли и ненависти, проклинал его! Вскоре он замедлился и стал растягивать свои толчки, намотав мои волосы на кулак и задрав голову вверх так, что мне пришлось опереться на руки, чтобы уменьшить давление на голову. Слез больше не было, я теперь просто тихо стонала, каждый раз, когда Голиаф проникал до самого конца, прижимая свои бедра к моим.
- Хорошая сучка... А сейчас хочу, чтобы ты отсосала, девочка!
Я закусила губу, и зажмурилась, когда мужские руки потянули меня на себя, и заставили подняться с кровати.
- Давай, Ники! Пришло время научиться делать минет...
Замотала головой, ощущая тошноту, поступившую к горлу, но Голиаф поставил меня на колени и сжав голову, заставил взять член в рот. От вкуса и запаха нашего соития кружилась голова, горло саднило, а тело дрожало. В этот момент я ощущала себя самой грязной и ничтожной во всем мире, той, которая считалась дешовой подстилкой, без права голоса и мнения. Этот зверь показал мое истинное место здесь и я сникла, понимая, что у меня нет другого выхода!
Глава 28
Виктор
Затянулся сигаретой и поморщился, ощутив лёгкое жжение на прокушенной губе. Блять, а моя девочка не так проста! Сейчас, когда немного спустил пар и смог усмирить внутреннего Голиафа, сам был в ахере от того, что совершил с Ники.
Я долго измывался над ее телом, входя в кураж от ее слез и солью. И мне хотелось, именно, мать его, хотелось причинить ей боль! И я причинял! Сейчас она лежала на кровати, растерзанная и покрытая следами моего бешенства. А когда я брал ее в последний раз, девочка с проснувшейся яростью набросилась на меня в ответ и даже прокусила до крови губу, царапая мои плечи и руки, пока с силой таранил ее членом.