Передо мной лежало полное досье на урода, с видео и фотками! Пидараз имел любимую семью и сейчас я рассматривал фотку красавицы, которая была крестницей Фомича. Знал теперь, что он питал к ней не только родственные чувства, но и частенько шалил с девушкой в очень интересные игры.
- Отдавай это куда надо! А потом цыпу заберёте и поместите в Алый цветок!
- Хорошо... Но ты понимаешь, что он этого не оставит?
- Этот сучара замочил шесть моих людей! Да за такое я должен бошку ему открутить! Поэтому, веселье с его любимой шлюхой - это малое, что я только пока предприму!
Мой друг хмурился, затягиваясь сигаретой. Он был сосредоточен и задумчив. Посмотрел на него и напрямую спросил:
- О чем задумался?
- Да так...есть у меня давний знакомый... Думаю, пора его подключать к нам...
- Кто такой?
- Коля Вепрь, помнишь? Теперь в узких кругах он ценится как ловкий подрывник и снайпер... Вот я и подумал, что мы можем связаться с ним...
- Окей, возьми этот вопрос на себя! Что насчет клуба?
- Там пока все тихо, охрану усилили. Подключили ментов и думаю, туда пока не сунутся... Да и нужен он тому целым...
- Ладно, за работу!
Я устало потёр глаза. Эти дни спал мало, постоянно мотался по городу, поднимая свои контакты, собирая нужную информацию, делая определенные ходы. Но вот двух ещё своих людей так и не смог уберечь. При них также нашли записку с посланием: Я уже знаю про твое слабое место!
Блять! О чем это он? Какого хуя не выйдет в открытую? Я жутко устал, но сдаваться не был намерен. Я тоже нашел слабое место Фомича и решил первым нанести удар, выбив почву из-под ног придурка!
Посмотрел в окно. Было уже довольно поздно, но домой не тянуло. Несколько раз приезжал в черный дом, но каждый раз проклинал себя за глупость! Без моей девочки было тяжело. Блять, как же мне ее не хватало! Мои люди поочередно присматривали за ней, а вчера сообщили, что она уехала к своей тётке в село.
Николь
После того, как я вернулась домой и рассказала большую часть маме, она выгнала отца из дома, сообщив, что подаёт на развод. Несколько дней мамочка провела со мной, утешая, успокаивая и эмоционально поддерживая. Я была очень благодарна ей за это. На душе шкребли кошки, но душевные раны постепенно затягивались, рубцевались, превращались просто в ноющие.
На второй день после возвращения домой, мама принесла из почтового ящика письмо, адресованное мне. Удивилась, но открыв его, закусила губу. Внутри лежала золотая карта с моим именем и код к ней. Больше не было ничего, лишь на обороте конверта надпись, пользуйся с умом.
Первым порывом было желание вышвырнуть банковскую карту в мусор, но затем, умерив эмоции, поняла, что это не лучший выход. Спрятав карту в стол, постаралась о ней забыть. Мама вернулась на работу, а я днями тоскливо сидела и смотрела в окно, мечтая уехать куда-нибудь подальше, чтобы сменить обстановку.
Вдруг в памяти всплыла тетя Рита, что была какой-то там сестрой маме, но с детства хорошо относившаяся ко мне. Она жила в селе и содержала небольшую коровью ферму. Муж ее умер несколько лет назад, дочка жила заграницей и изредка навещала ее, со мной же иногда переписываясь по электронной почте.
Быстро найдя номер в телефонной книжке, набрала с домашнего и стала ждать ответа, слушая длинные монотонные гудки. За окном светило солнце, ласточки парили высоко в небе, а облака плыли воздушными волнами по голубому небу. Было жарко, поэтому включила кондиционер.
- Да, слушаю!
- Алло! Тетя Рита! Это я, Николь!
- О, сколько лет, сколько зим! Здравствуй, моя хорошая! Как ты?
- Да так...ннормально... Тетя Рита, можно я приеду к вам?
- Да не вопрос, милая! Чего там сидеть в вашем городе в своих коробках? Приезжай! У нас воздух, речка, лес рядом! Ну ты и сама все прекрасно помнишь!
Я невольно улыбнулась, слушая щебетание тети, которая несмотря ни на что, оставалась всегда позитивной и радостной.
Вечером поговорила с мамой, сообщив ей свое решение. Она поддержала меня и помогла собрать вещи. И вот я еду в автобусе, с отрядом на свой серый город, жизнь в котором не замирала ни на минуту. Тетя сказала, что мы живём в коробках и это соответствовало истине. Да, наши дома были каменными коробками, в которых никому не было дела друг к другу.