Я спускалась за лакеем по лестнице медленно, наслаждаясь каждой секундой своего нового существования. Шелест роскошного платья, мягкий стук каблучков по мраморным ступеням – всё это было для меня ново и волнующе. Никогда раньше мне не доводилось испытывать ничего подобного. Только сейчас, в чужом платье и под чужим именем, я осознала, что красива, и это осознание наполнило меня неведомой ранее уверенностью.
Мы прошли по длинному коридору, стены которого были увешаны портретами предков, чьи глаза, казалось, следили за каждым моим шагом. Мне даже почудилось, что они знают о моём обмане и осуждают меня. Лакей поспешил распахнуть передо мной тяжелые дубовые двери библиотеки.
Библиотека и в самом деле оказалась гораздо уютнее большой строгой гостиной. Глубокие кресла и диваны, обтянутые насыщенным красным бархатом, шторы из того же материала красиво сочетались с разноцветными переплетами множества книг, закрывающих все стены от пола до потолка. Мягкий свет многочисленных свечей создавал атмосферу тепла и уюта. Мой взгляд на несколько мгновений остановился на стеллажах с книгами, и я почувствовала, как в груди разливается тепло. Я так любила читать, но в доме дяди библиотека была намного меньше, да и у меня редко выпадала возможность спокойно почитать.
Мужчины уже были в комнате. Лорд Ангрон сидел в глубоком кресле у камина, его проницательные глаза внимательно наблюдали за мной. От него не укрылось, с каким восторгом я смотрела на книги.
— Моя внучка любит книги? — спросил он, и в его голосе прозвучали нотки приятного удивления и одобрения.
— Да, очень, — с искренней улыбкой ответила я, чувствуя, как загораются мои глаза энтузиазмом. — Каждая книга, словно новый мир, в который можно погрузиться с головой и совершенно забыть о реальности, — бесхитростно проговорила я, на мгновение забыв о своей роли и позволив настоящей себе проявиться.
Лорд Ангрон, казалось, был приятно удивлен моим ответом. — Что ж, ты можешь в любое время брать здесь любую интересующую тебя книгу, — благосклонно проговорил он, и морщинки вокруг его глаз смягчились.
— Благодарю, я непременно воспользуюсь этим разрешением, — поблагодарила я старого лорда и, собрав всю свою храбрость, перевела взгляд на лорда Ранстара.
Он стоял, положив руку на каминную полку, его фигура, высокая и широкоплечая, казалось, заполняла собой всё пространство. Я неторопливо прошла вперёд, моё сердце трепетало от ожидания увидеть восхищение на его лице и насладиться восторженной оценкой, которая, как я надеялась, отразится в его глазах.
Но когда я подошла достаточно близко, чтобы разглядеть выражение его лица, меня словно поразило молнией. Черты его лица приобрели суровое, почти мрачное выражение, губы были плотно сжаты, а в глазах… Я едва сдержала вздох удивления и страха. Радужку и белки его глаз заполнила непроницаемая чернота — одно из самых явных и пугающих проявлений силы гиасторов.
Сердце моё замерло на мгновение, а затем забилось с удвоенной силой. Он видит меня насквозь? Он знает, кто я на самом деле? Ужас охватил меня, сковывая движения, лишая воли.
Лорд Ангрон, тоже заметивший необычную реакцию своего ученика на моё приближение, хитро улыбнулся, хмыкнул, и что-то тихо пробормотал себе под нос, словно разгадав какую-то загадку.
Я застыла в растерянности, чувствуя, как волна неуверенности накрывает меня. Собравшись с духом и пытаясь скрыть дрожь в голосе, я произнесла:
— У меня… плохие новости. Дэлла Бремт совсем разболелась. Она сказала, что спуститься совсем не может, но завтра непременно поправится.
— Я очень сожалею, что чудодейственный порошок моего лекаря не смог помочь уважаемой дэлле, — с едва уловимой иронией в голосе произнёс лорд Ангрон. — Но раз она не может присоединиться к нам, то так тому и быть, — и уже совсем тихо добавил загадочное, — возможно это и к лучшему…, — после чего поднялся из кресла и предложил всем пройти в столовую.
— Позвольте проводить вас, — вдруг произнёс лорд Ранстар своим глубоким, бархатным голосом, который, казалось, проникал в самое моё сердце. Он предложил мне свой локоть, и его глаза вновь приобрели нормальный вид, хотя в них всё ещё таилась какая-то тревога.
— Конечно, лорд, — просто ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно, хотя внутри всё дрожало от волнения и страха. Моя рука, словно пушинка, опустилась на сгиб его руки, и я почувствовала исходящее от него тепло и силу.