Я только пискнула от удивления, когда он резко наклонился ко мне, его лицо оказалось так близко, что я могла почувствовать тепло его дыхания с легкими нотками крепкого рикера.
— Мне надо идти, — отчаянно проговорила я, пытаясь проскользнуть мимо Ранстара. Но он молниеносно поймал меня, прижав к своему крепкому телу. Его пальцы нежно, но властно обвили мою золотистую косу, отклоняя голову назад. Тёмное лицо нависло надо мной, глаза полностью почернели, придавая ему одновременно пугающий и завораживающий вид.
Меня охватил незнакомый трепет, но странным образом страха я не испытывала. Напротив, меня наполнило ощущение правильности происходящего. Закрыв глаза, я ощутила лёгкое прикосновение его губ к уголку рта, и это заставило меня задохнуться от нахлынувших чувств.
Я хотела верить ему, хотела отдаться этому моменту, но мои застенчивость и неуверенность всё ещё держали меня в плену.
Его хватка стала крепче, но странно — не причиняла мне боли. Он снова и снова целовал мои сомкнутые губы, нежно и в то же время обжигающе. Я не ожидала такой мягкости от него, такой трепетной настойчивости. Его губы скользнули по моей щеке к уху, затем по шее, а кончик языка коснулся трепещущей жилки на горле, вызывая во мне волну мурашек. Дрожь пробежала по всему моему телу, смешивая ужас и неведомое доселе удовольствие в такой пьянящий коктейль, что у меня закружилась голова.
Я чувствовала, как его большое тело дрожало от напряжения, будто внутри него бушевал ураган, который он с трудом сдерживал. Мои мягкие, неопытные губы, моя кожа под его пальцами… боже мой, мне казалось, что весь мир вокруг исчез, растворился в тумане, оставив только это яростное пламя между нами, которое грозило сжечь нас обоих дотла.
Мои руки взметнулись к его груди, то ли отталкивая, то ли притягивая ближе — я сама не понимала, чего хочу, мои желания раздирали меня на части. Его язык исследовал шелковистые глубины моего рта, даря невероятные ощущения, от которых по телу разливался жидкий огонь. Желание раствориться в нём, слиться воедино становилось таким невыносимым, что мне хотелось плакать.
Это был мой первый поцелуй, и я не знала, как реагировать, что делать с этой лавиной чувств, обрушившейся на меня. Но его ласки были такими нежными и властными одновременно, что страх отступал, сменяясь чем-то новым, неизведанным, пугающе-прекрасным. Его губы двигались медленно, но настойчиво, как будто он хотел запечатлеть этот момент навсегда, вырезать его на скрижалях вечности. Я почувствовала, как моё тело откликнулось на его прикосновение, словно инструмент в руках виртуозного музыканта, как сердце забилось в ритме его дыхания — единым безумным пульсом.
Поцелуй становился всё более чувственным, его язык нежно скользил между моими губами, исследуя, пробуя, даря наслаждение. Мои руки инстинктивно обняли его шею, пальцы вцепились в его волосы, как будто я боялась, что он исчезнет, растает в воздухе, если отпущу его хоть на мгновение.
Руки лорда Ранстара скользнули по моему телу, лаская кожу через ткань тонкого халата, оставляя за собой дорожки огня. Я почувствовала, как его пальцы нежно сжали мою грудь, и моё дыхание стало прерывистым от волнения и желания, которое я никогда раньше не испытывала. Его прикосновения были такими нежными, но в то же время такими властными, что моё тело полностью подчинилось ему, покорилось его воле. Мои соски напряглись под его пальцами, и я ощутила горячую пульсацию где-то глубоко внутри.
Лорд Ранстар оторвался от моих губ, но только для того, чтобы начать целовать шею, его дыхание обжигало кожу, оставляя огненные следы. Его губы двигались вниз, оставляя след из поцелуев и легких укусов, которые заставляли меня дрожать от удовольствия и вырывали из груди тихие стоны, которых я стыдилась и не могла сдержать. Моя голова закружилась сильнее, тело стало легким и невесомым, как будто я парила высоко в облаках, где нет ни прошлого, ни будущего — только этот бесконечный, восхитительный миг.
— Ты такая красивая, — прошептал он, и его голос был хриплым от страсти, низким, вибрирующим, проникающим в самое сердце.
Я не знала, что сказать, в голове не осталось ни одной связной мысли, все они сгорели в пламени первой страсти. Я никогда не испытывала ничего подобного, и не знала, что будет дальше, но где-то в глубине души понимала, что этот момент изменит всё. Изменит меня саму, безвозвратно и навсегда.