А я закусила палец, чтобы не разрыдаться. Такое щемящее чувство вперемешку с запоздалым страхом. Некстати вспомнила аварию в автобусе в начале недели, где меня чудом не изрешетило осколками. Накатило все-таки. А еще, если бы Дима не приехал, то мне было бы совсем было не к кому обратиться. Родители еще не приехали, Катька на парах, Никита на работе, да и не хотелось их беспокоить.
— Эй, ты чего? — Дима отвлекся от моего тела и переключился на лицо. — Милая? — вытер слезы тыльной стороной руки. — Тише, тише.
Он лег рядом на кровать, и я уткнулась в его грудь. — Не плачь, моя девочка. Уже все прошло, все позади. — тревога и сковывающий страх постепенно отступали, а на смену им пришло какое-то неопределенное удовлетворение от его «моя девочка».
— Я так испугалась. — промычала в него.
— Я знаю, — отозвался он, продолжая поглаживать мои волосы.
Через полчаса привезли пиццу и мы, развалившись на кровати, с удовольствием расправились с ней.
— Маш, мне правда очень не хочется тебя тревожить, особенно теперь, и я буду только «за», если ты пошлешь меня, но мне очень нужна твоя помощь с этой турецкой документацией. Гугл переводчик — самое ужасное, с чем я сталкивался сегодня. — он поморщился.
— Конечно, неси сюда.
— Спасибо.
Я перевела Диме ответный запрос, и он, слегка нахмурившись, как делает, когда о чем-то усиленно размышляет, позвонил Анне и попросил забронировать туркам номера и билеты на самолет на понедельник.
— Следующая неделя будет тяжелой. — устало потер переносицу. — Сотрудничество с ними очень важно для нас. — пояснил для меня. — Наш продукт им нравится, но сейчас он представлен в крайне ограниченном количестве, а заключение договора позволит влиться на их рынок в кратчайшие сроки.
— Я уже говорил с ними вчера, не исключено, что придется ехать в Анкару. Им хочется видеть меня лично. — Дима замолчал, будто чтобы обдумать последующие слова. — У тебя открыт больничный на две недели, работать заставить тебя не могу и не хочу, но я вынужден просить. Побудешь моим переводчиком? Обязуюсь доставлять тебя куда пожелаешь в целости и сохранности. — торжественно пообещал он.
— Я согласна, — хихикнула.
— Спасибо. Хочешь чего-нибудь?
— Обезболивающего и… — выдохнула и покраснела, — в туалет.
— Ну, это мы сейчас устроим. — Дима хмыкнул и протянул мне таблетку, потом подхватил на руки и отнес в ванную. — Я буду за дверью.
Быстренько сделала все свои дела и оглядела потрепанный вид в зеркале. М-да, красавица, ничего не скажешь!
Вышла и столкнулась со смеющимся боссом.
— Ничего смешного. — буркнула я и отправилась в кровать по стеночке.
— Я просто вспомнил, как ты меня выбесила своей нахальностью при первой встрече и сравнил с тем, как мило ты смущаешься сейчас.
Фыркнула. Да, господа, удивительно, но смущение — не мой конек, раз я дала обмазывать себя, почти голую, этому засранцу, а теперь хожу перед ним в едва прикрывающей зад футболке, только потому, что он сказал, что ему все равно придется снимать с меня одежду, чтобы повторить процедуры. Зачем усложнять?! Действительно.
— Ложись, я сейчас спущусь в машину, заберу запасной комплект одежды и вернусь.
— Зачем? — я нахмурилась и уставилась на него.
— Это не обсуждается. — перешел на свой фирменный холодный тон. — ты даже с кровати встать не можешь, и ты мне предлагаешь оставить тебя в таком состоянии одну? — упрекнул меня. — Прекрати что-то кому-то доказывать. — мазнул губами по виску и вышел в коридор. Через несколько секунд хлопнула входная дверь, оповещая меня о том, что в квартире я осталась одна.
Только прикрыла глаза, как услышала, что телефон тихонько завибрировал. Шипя, протянула руку на тумбочку. Катя звонит.
— Привет.
— Новикова, ты с ума сошла? Я до тебя битый час пытаюсь дозвониться. Где ты пропадаешь?
Глянула на экран: черт, действительно, тринадцать пропущенных от Кати и раза в два больше сообщений от нее в разных мессенджерах.
— Прости-и-и. — жалобно протянула я. — Тут такое дело, я сегодня шла после универа, и меня сбил велосипедист. Предугадывая твои последующие вопросы и восклицания, скажу сразу: живая, только куча болящих синяков и ссадин по телу. Зрелище такое себе, в общем.
— Ты сейчас дома? Давай я приеду? Почему не позвонила, неужели лежать одной и мучиться лучше, чем попросить подругу приехать? Ты меня удивляешь, Новикова! — ругалась Катя.
— Подожди, у меня ухо уже от тебя болит. Кать, спасибо. Не надо приезжать, за мной есть, кому ухаживать, поверь. — сказала и поморщилась. Теперь подругу точно не остановить в своих расспросах.