Вид на сосновый бор в одном из помещений заставил меня впечататься в стекло. Этот пейзаж! Неужели мы сможем любоваться им когда захотим? Неужели когда-то он станет неотъемлемой частью нас?!
— У меня нет слов… это — не сумев объяснить, я просто выразительно обвела взглядом помещение, — …это так…спасибо тебе.
— Любимая, — Дима взял меня за руку и погладил тыльную сторону ладони большим пальцем, — ты ворвалась в мою жизнь, буквально снося все на своем пути. — не переставая вытирать слезы, я с замиранием сердца слушала его признание. — Я никогда не устану повторять: я люблю тебя и буду делать все ради твоего счастья, ради того, чтобы снова и снова увидеть твою улыбку. Я хочу прожить эту жизнь и разделить ее с тобой. Здесь, в этом доме, где-то еще — не важно, главное — с тобой.
Мы оба знаем, что будет дальше. Тело бьет мелкая дрожь, но отчаянно запечатлеваю в памяти мельчайшие детали, чтобы греться этим воспоминанием всю жизнь.
Он достает бархатную коробочку из кармана и раскрывает ее передо мной. Кольцо, с бликующими на солнечном свете бриллиантами — невероятное, но человек напротив — гораздо важнее.
— Маша, выходи за меня. — четыре слова, чья сила способна унести меня на небеса. Мне не нужно думать ни секунды, я и так знаю свой ответ.
— Я согласна. — улыбаюсь.
— Теперь точно никуда не денешься. Моя. Навсегда. — в родном голосе нежность и удовлетворенность.
Завороженно слежу, как прохладный металл скользит по пальцу. Это кольцо будто создано для меня. Идеально, как и все вокруг…
Перевожу взгляд на Диму и погружаюсь в поцелуй. В омут с головой. Раз и навсегда. Не движение губ и языка, а чувство. Чистое желание обладать. Нет, сейчас не про секс. Сейчас — про неудержимую потребность в человеке. Целиком и полностью.
Мне провели небольшую экскурсию. Оказалось, что наш дом располагался на окраине не очень большого коттеджного поселка, буквально в часе езды от офиса небезызвестного Большого Босса. Теперь мы торопимся назад к Ричу, по которому успели порядком соскучиться. Как же ему будет хорошо здесь!
— Когда ты успел все это провернуть? — все еще не до конца отойдя от шока, пробормотала. — Ты купил готовый дом?
— Нет. — хитро отозвались с водительского сидения. — Я начал мониторить рынок еще осенью, почти сразу после того, как ты рассказала про свою мечту.
— Ты год от меня это скрывал?! — во мне было ни капли осуждения, но я не могла поверить, что такой проект можно скрывать настолько долго.
— Теперь ты понимаешь, насколько я терпеливый? — рассмеялся.
— О да! С ума сойти…
— Помнишь, осенью к нам приезжали мои родители? Я тогда с отцом советовался, какой из участков лучше брать. На следующее утро уже поехал на первый просмотр. Я не знал, что из этого выйдет, действовал больше по наитию. Напрягаться особо поводов не было — это же актив, его всегда можно продать. — ненадолго замолчал, перестраиваясь в другой ряд.
— А вы темная лошадка, Дмитрий Алексеевич! — цокнула я.
— Есть такое. — задумчиво взъерошил волосы и продолжил. — Нет смысла скрывать, я успел полюбить и возненавидеть этот дом. Когда мы ссорились, у меня каждый раз перед глазами стояла эта стройка. Я думал: «Ну вот же я, такой молодец, стараюсь для нее и так и этак, а она вечно чем-то недовольна». Потом мозги встали на место, и я уже просто не мог дождаться, когда покажу тебе наш дом. — блаженно завершил. К н и г о е д. н е т
— Я так горжусь тобой. И так люблю тебя. — призналась, упоенно ловя каждое движение мужчины за рулем.
— Люблю тебя, — он поднес мою руку, теперь уже с кольцом, к губам и прошептал, — тебе очень идет.
Блин! Только сейчас вспомнила о нашем с Катюхой споре. Права была, засранка! Ну и ладно. Ухмыльнувшись своим мыслям, открыла онлайн банк и перевела подруге десять тысяч рублей. Фактически, я еще не проиграла, но теперь мне даже представить страшно, что я выиграю. Это будет самое сладкое поражение! Отправила и поставила телефон на беззвучный. Пусть радуется.
Спустя час мы сидели на балконе, гладили осоловелого Рича и наслаждались тишиной.
У Димы зазвонил телефон, но он очень удивился, когда высветилось имя абонента.
— Катя звонит. Странно. — нажал кнопку приема вызова.
— Алло, слушаю. — Да не кричи так! — Что? Да здесь она, куда денется! — Еще раз повторяю, прекрати орать. — Сейчас дам! Боже, как он тебя терпит! — поморщился мой несчастный, имея в виду скорее всего Ника.