Приходится напомнить себе для чего мы вообще сюда прилетели. Сейчас будут похороны Хои, вернее Калиндры.
Когда выхожу на белокаменную дорожку, удивлённо отмечаю про себя, насколько традиции народов и других рас отличаются. На Земле в день похорон принято надевать чёрное, в знак скорби. А у морян все одеты в белые одежды.
Дорожка с двух сторон украшена кустами с белыми цветами. Крупные соцветия, немного напоминающие пионы. Лёгкий ветерок развевает полоски шёлковой ткани, развешанные на столбах вдоль дорожки.
Нас встречает сам Элиор Матисин, подаёт мне руку, кивает в знак приветствия моим спутникам.
Как-то очень странно. При первой встрече он меня и не заметил, с капитанами общался, а сейчас наоборот всё внимание для меня. Чувствую, как Бак и Рэм тоже напрягаются. Хотя, может, оттого, что Элиор посмел приблизиться ко мне и занять их место.
– Прекрасная хоя Аля, вы выглядите изумительно. Вам к лицу одежда морян. Никогда не думали задержаться у нас?
– Нет, – одновременно отвечают капитаны.
Элиор даже вздрагивает.
– О, вижу, ваши защитники настроены решительно. Не удивительно. Такая женщина, – его взгляд скользит по моей груди, но я не чувствую ничего, кроме раздражения.
Это радует. Значит, всё-таки это не вирус, иначе мне было без разницы кто из мужчин рядом. Ну мне так кажется во всяком случае.
Элиор подводит меня к изящной лестнице, поднимаемся и оказываемся на белокаменной просторной площадке. Она окружена со всех сторон высокими пятиметровыми колоннами, которые расходятся в стороны от высокого трапециевидного храма. На фасаде выгравирован барельеф по пояс двух мужчин и женщины. Женщина чуть выше мужчин и стоит в середине между ними. Мужчины окружают женщину разведёнными руками, словно защищают её.
– Это Серента, богиня любви, в окружении её защитников. Мы называем их связь Родийский союз, – поясняет мне Элиор, заметив, что я не свожу взгляда с храма.
– А вот и наша Калиндра, – указывает на центр площадки, на постаменте лежит Хоя, моя подруга.
Подходим ближе, она лежит будто живая. И снова в памяти всплывает её лицо, как часто мы с ней шептались ночью, как успокаивала меня, и как спасла. То, что произошло в космолёте с Хоей, я почти не помню. Мы были слишком измождённые. И я до сих пор не могу понять, почему я выжила, а она умерла.
Гости занимают свои места за пределами площадки. Мне и капитанам разрешают остаться рядом с телом Хои.
Совершенно не понимаю, что сейчас должно произойти. Я ещё хотела почитать о традициях морян, но с этим безумием ночью совсем обо всём забыла. Над площадкой разносится приятная печальная мелодия, а из храма выходят девушки в белых одеждах, очень похожих на моё платье.
Вслед за ними не спеша выходит женщина. С высоким головным убором. Лицо её наполовину прикрыто маской из тонких нитей с бусами, которые словно живые переливаются и раскачиваются при каждом её шаге.
Она подходит к постаменту. Склоняет голову и начинает читать на неизвестном языке то молитву, то ли песню. Переводчик, вживлённый в висок, отказывается переводить.
Её голос усыпляет и умиротворяет. Даже моя непроходящая жажда секса успокаивается.
На душе так легко становится, будто я домой вернулась. И всё это мне очень знакомо. Хотя я точно знаю, что никогда не была на Мории.
Глава 19. Вы повязаны
Глаза жрицы закрыты, будто она в транс погружена. Неожиданно она резко поворачивает голову в нашу сторону и в упор смотрит на меня.
– Кто ты такая? – спрашивает меня жрица.
Смотрю по сторонам, чтобы убедиться, что она точно обращается ко мне. Но рядом только Элиор и мои капитаны. Значит, всё-таки вопрос задан мне.
– Я Алевтина. Землянка, – отвечаю медленно.
– Я чувствую в тебе силу нашей сестры Калиндры. Подойди.
Рэм обхватывает меня за талию, не хочет отпускать. Бак строго смотрит на него.
– Отпусти, – цедит сквозь зубы. – Ей не причинят вреда.
И только после раздумий Рэм отпускает меня. Но я в отличие от него, совсем не волнуюсь. Подхожу к жрице. Та неотрывно смотрит мне в глаза. А у меня ощущение, что она в моей голове роется, ищет что-то.
Все присутствующие молча ждут.
– После церемонии не уходи, – тихо говорит мне. – Наверняка у тебя есть вопросы. И я могу ответить на них.
Я только успеваю кивнуть, а она уже не смотрит на меня, продолжает ритуал.
Около часа мы слушаем сначала её пение, а потом каждый из присутствующих выходит к постаменту и оставляет белый цветок. Когда все проходят, Калиндра со всех сторон окружена цветами, ощущение будто на облаке лежит.