Чувствую, как после этих слов его беспринципные руки ложатся мне на задницу. Это настолько гадко. Я делюсь с ним тем, что меня волнует, а он в очередной раз показывает мне место таким образом.
Ладонь сжимает мою ягодицу через платье. В какой-то момент я и вовсе чувствую, что он немного давит на меня, заставляя двигаться вглубь гостиной.
– Макс… Подожди… Максим…
Дыхание дурит. Я сама не могу устоять на месте, потому что он меня словно пушинку сдвигает. Будто я совсем ничего не вешу.
Таким образом проталкивает меня до самого дивана, а затем поднимает на руки и заставляет сесть на себя, завалившись на него не глядя.
Мои ладони упираются в его твёрдую грудную клетку. Я смотрю на него с ужасом. Не осознавая и не понимая, чего он от меня хочет…
– Ну что… – обращается ко мне с ехидством. – Будешь показывать на что готова, чтобы вернуться к своей маме?
У меня сердце в груди сейчас остановится от страха, реально… Что я должна ему показывать, если я ничего не умею даже…
– Чего ты хочешь?
– Тебя, очевидно.
Дышу с дрожью, глядя на него, а потом, наплевав на всё, тянусь назад к замочку. Расстёгиваю платье, снимаю бретели и опускаю его вниз, поймав его голодный взгляд на своём голом теле. Опускаюсь к губам, хочу поцеловать, но у меня из глаз капают слёзы. Прямо на его лицо. А он вдруг неожиданно обхватывает меня за талию и резко встаёт вместе со мной на ноги, развернувшись и бросив меня обратно на диван.
– Одевайся. Твоя мама и так не переживает за тебя. Она сейчас в Корее на операции. Ей накладывают анастомоз, пока ты демонстрируешь мне свой паршивый характер. Возвращайся за стол… – цедит он, достав из заднего кармана мой телефон и бросив его мне, а затем уходит, пока я смотрю ему вслед и вообще не понимаю, что здесь происходит…
Глава 11.
Арина Осинцева
По переписке понимаю, что он писал от моего лица моей матери… О том, что у меня всё хорошо и якобы я нашла высокооплачиваемую работу, на которой, узнав о моей проблеме, тут же вызвались помочь нам. И мама будто даже поверила… Хотя меня не было всего сутки. Возможно, она и впрямь подумала, что я занята работой и тут такое предложение… Как же странно…
Чувствую, как по телу бежит дрожь. Ни с чем несравнимые мурашки…
Пытаюсь позвонить, но вызов не проходит… И я вижу, что на экране нет ни единой отметки для связи. В том числе и экстренного вызова. Он вынул симку? Нет… Тогда бы звонок всё равно прошёл… Значит, что-то установил… Раз я не могу ничего сделать.
– Ты идёшь или как… – звучит из-за стола, и я поднимаюсь с дивана, возвращая своё платье на место, застёгиваю замочек и вытираю слёзы со щек, пытаясь прийти в себя, но внутри, словно гейзер бушует…
Я просто не могу справиться с эмоциями. Хочется вывалить на него всё и сразу. Что это вообще такое? И как это всё понять?
Когда прихожу, даже не знаю, как смотреть ему в глаза, но именно это и делаю. Сканирую его лицо и хмурюсь. Грудь распирает. Горю…
– Ешь, Арина…
– Откуда… Как ты… – не нахожу слов. – Зачем?
– Что? Мне стоило бросить твою маму в такой ситуации? Мне стоило… Отнестись как ты ко мне? Предвзято и подло? – спрашивает он, наливая бокал вина, пока я проглатываю ком.
– Слушай… Максим, спасибо…
– Неееет. Не надо мне твоих «спасибо». Ты же хотела продаться… Считай, я купил. Всё верно? – спрашивает он, чем просто меня дезориентирует.
– Почему ты пытаешься быть хуже, чем есть? Я не понимаю.
– А зачем ты видишь в людях только плохое? Это же обоюдно работает, правда? Ментальная связь, слышала про такую?
Я тут же нервно усмехаюсь.
– Не нужно передёргивать…
– Передёргиваю я в ванной по утрам, а это прямой ответ, – выдаёт он равнодушно. – Если не готова к правде, не нужно в ней копаться. Ты пришла ко мне для того, чтобы найти то, что тебя зацепит. И тебя зацепило. Иначе ты бы вовсе не согласилась на это дерьмо.
– Я и не соглашалась! Ты выкрал меня силой!
– Да? Ты так уверена? Чего же тогда не ответила Марии Сергеевне, что тебе это всё неинтересно?
Я тут же замолкаю и смотрю на него, пытаясь переварить его слова…