— Мои земляки, — сказала Шейла, представляя ему супружескую пару. — Стив и Стелла Бартон увлекаются серфингом и туризмом.
— Приятно видеть ваши молодые лица, — искренне сказал Грег, целуя Стелле руку. — Меня заинтересовали ваши предложения, Бартон, — обратился он к Стиву. — Если будет желание, мы могли бы обсудить их подробнее у меня дома. В любой из удобных для вас выходных дней. Позвоните. — Он протянул молодому специалисту свою визитную карточку.
Золотистый цвет карточки напомнил Шейле тот день, когда ей вручили букет темно-красных роз у выхода из музыкального центра Лос-Анджелеса. Как давно все это было, думала она, рассеянно прощаясь с Бартонами, творческий взлет, смерть Кевина, взрыв страсти. Что у нее осталось? Только дочь! Нет, две дочери! Господи, как она могла так надолго их оставить?!
— Грег, едем скорее домой! — потребовала Шейла, садясь в лимузин.
Он сел рядом и широко улыбнулся, но Шейла не заметила его улыбки в темноте салона.
— Майкл, гони машину к дому! — сказал Грег.
5
— Ты заметила, как на тебя заглядывались мужчины? — спросил Грег.
— Нет, — ответила Шейла равнодушно, думая о своем.
— А я думал, что заметила. Ты была так возбуждена всеобщим вниманием. От мужских комплиментов твое лицо сияло как серебряный доллар.
Шейла попыталась рассмотреть лицо Грега в темноте. Наверное, он просто насмехается, принимает ее за легкомысленную тщеславную дурочку. Он и прежде был невысокого мнения о ней. Иначе не случилось бы той грозовой ночи в ее жизни.
— Я не настолько глупа и неопытна, чтобы сиять от мужских комплиментов, — с жаром возразила Шейла. — Думаю, они предназначались в большей степени тебе, поскольку ты босс. Им ведь неизвестно, в каких мы отношениях, — добавила она насмешливо.
Грег оставил ее последнее замечание без комментариев.
— Любой женщине, какой бы умной она ни была, необходимо мужское внимание, — рассудительно сказал он. — Прости, что надолго приходилось оставлять тебя в одиночестве сегодня вечером.
— Не вижу оснований для извинений, — сказала Шейла, — мы шли на деловую встречу, а не на вечеринку. Это ты меня прости, что не успела поблагодарить тебя за подаренный вечер. Мне было интересно послушать. По-моему, в твоей фирме работает много интересных людей.
— Стараюсь, — ответил Грег на комплимент Шейлы. — Рад, что тебя заинтересовала моя работа. И все-таки я намерен возместить тебе недостаток своего внимания. — Он повернулся к ней, провел ладонью по ее густым волосам, большим пальцем погладил щеку.
Сердце Шейлы тревожно забилось, угрожая выйти из-под контроля.
— Не надо, Грег, — шепотом предупредила его она. — Что это на тебя нашло?
Кожаное сиденье скрипнуло под тяжестью его тела. Он склонил к ней голову.
— Думаю, это просто необходимо, — выдохнул он и прижался к ее лицу.
Его большие губы мягко захватили нижнюю губу Шейлы, потом он обвел языком ее капризный рот, проник внутрь, и Шейла задохнулась от жаркого прилива страсти, вызванного глубоким поцелуем Грега. Желанным было его тело, давившее на нее в темноте салона. Не сознавая, что делает, она обхватила его за шею и прижалась к нему грудью. От запаха мужского тела, смешанного с запахом лосьона, кружилась голова. Она утратила представление о месте и времени, одержимая единственным желанием — продлить это прекрасное состояние.
Грег поднял голову. Их тяжелое дыхание заполнило салон. Затылок Шейлы покоился в его большой ладони.
— Ты прекрасная соблазнительница, — шепнул Грег и стал покрывать быстрыми поцелуями ее глаза, подбородок, губы, прежде чем прильнуть к вырезу блузы.
В темноте замкнутого пространства Шейла чувствовала себя защищенной, пока до ее слуха не дошел ровный шум двигателя машины. Она едва успела сдержать стон, когда губами Грег захватил вместе с тканью затвердевший сосок ее груди. В памяти всплыло воспоминание о жарких объятиях Грега в ту ночь, когда они занимались любовью под раскаты грома и вспышки молний. Шейла замерла, и Грег мгновенно почувствовал в ней эту перемену.
— О ком ты сейчас вспомнила? — требовательно спросил он. — О своем любимом Кевине?
Шейла с удивлением посмотрела на него. Грег ревнует ее к покойному мужу? Невероятно! После ночи страстной любви с Грегом воспоминания о ласках мужа растаяли как утренний туман.