– Кто ты? – я начала тараторить этот вопрос без остановок. – Откуда ты знаешь мою семью? Кто ты такая?
– Слишком любопытна, – протянула та, констатируя. – Тебе говорили об этом? Меньше знаешь, крепче спишь.
Ее смех разнесся по лесу. Тот самый, который я слышала, когда шла за плачем женщины. Значит, это была она. Заманила меня. Но зачем?
– Ты следила за мной? Зачем я тебе нужна?
– Ничего личного, только в целях охоты, – развела руками, отвечая мне.
– Охоты? – я ужаснулась.
– Ммм… Как я обожаю смотреть когда жертва начинает понимать, что она стала добычей. Ручки дрожат, ножки подкашиваются, а сердце просто вылетает из грудной клетке от страха. Ты знаешь, – она начала подходить ко мне. – Я так люблю запугивать свою жертву. Слышать, как по венам дико льется взбудораженная кровь, прямиком в сердце, которое начинает еще сильнее гонять ее по всему телу.
– Кто ты? – снова вырвался этот проклятый вопрос, которому суждено, видимо остаться не отвеченным.
– Еще не поняла?
Я лишь пятилась назад и пыталась рассмотреть лицо, которое скрывалось за капюшоном, но при шаге слегка показывалось. Только нижняя часть лица. Значит, у нее все-таки есть лицо. Я уже начала считать, что она безликий монстр, который выполз из темноты. И кстати через некоторое время, я поняла, что была права.
– Твоя смерть, – прошипела она и кинулась на меня.
Завизжав, я что есть силы бросилась бежать. Но все было напрасно, так как этот монстр с человеческим ликом возник передо мной, преграждая мне путь.
– Хочешь поиграть в салочки? – рассмеялась она.
И не успела я среагировать, как она оттолкнула меня, и я как кукла полетела в сторону. Моё приземление было крайне жестким. Спиной я прилетела в столб широкого дерева, и как раздавленная мошка скатилась по нему. Боль прострелила все тело. В голове гудело как на железнодорожном вокзале, что и неслышно было своих мыслей.
– Ну, что, закончили играть? Мне понравилось, а тебе? – естественно я не слышала, как она подошла, пока не увидела ее перед собой. Все плыло перед глазами, и я с трудом смогла сконцентрироваться на ней.
– Ты чертовски вкусно пахнешь, – заявила она, вдыхая рядом мой запах. Что это за больная? С какой психушки она сбежала? И как, черт возьми, она смогла так отшвырнуть меня? Но самый главный вопрос, почему она желала моей смерти?
Она подняла моё обмякшее тело и прижала к дереву. У меня уже не осталось никаких сил сопротивляться. Может это и есть моя судьба? В тени капюшона я увидела, каким ярким огнем всполохнули ее глаза. Это были не человеческие глаза. Они горели какой-то жаждой. Смерти? Убийства?
Она наклонила ко мне свое лицо и резко облизнула мой висок. Я скорчилась от отвращения. А та смаковала и облизывала свои губы, которые были в моей крови. Что за конченая психопатка?
– Черт, какая же ты вкусная, – и не думая ни секунды припала к моей шее. Я вскрикнула от острой боли, что пронзила мою шею. Я уже не понимала, что происходило, а только чувствовала, как ее острые зубы вонзились в меня, и как она начала высасывать из меня кровь. Это ведь не могло быть так? Все мысли стерлись, и осталась только тупая боль, которая разносилась по телу. Я уже считала ее глотки в ожидании, когда уже это закончиться, и я наконец-то усну. Кстати, не самая ужасная смерть.
Все звуки становились тише, и боль внутри затихала вместе с ними. Это девушка не отпускала меня, желая довести дело до конца. До последней капли. Она прижимала меня еще теснее к себе, так что я была полностью в ее объятиях.
Все длилось не сильно долго. Я наконец-то почувствовала облегчение. Уже закончилось? Я умерла? Было темно, тихо и спокойно. Как же хорошо. Меня больше никто не мучил. Но внезапно я ощутила что-то холодное на своем лице. И кто-то дико начал меня трясти.
Прошу, не надо.
Я не хочу обратно.
Меня настырно телепали выводя меня из моего тихого убежища. Я цеплялась за укромную тишину моего разума, но требовательный грубый голос прорывался сквозь пелену. Он звал меня по имени. Как странно было это слышать. Он впервые звал меня по имени. Легкое тепло разлилось по моему телу. Было приятно слышать свое надоевшее имя из его уст. Мне безумно захотелось увидеть его. Что за странные тревожные нотки в его всегда грубом голосе? Или мне это только кажется? Или просто при смерти мой разум пожелал увидеть его? Даже если он был моим воображением, пусть так. Я готова уйти, под этот любимый голос.
– Тише, тише, – ворвалось в моё сознание. – Сейчас, подожди, – я чувствовала, как с меня содрали куртку и руки принялись ощупывать моё тело. В моих снах, когда его руки блуждали по мне, я текла словно масло на сковороде, наслаждаясь каждым прикосновением. Но сейчас это было нестерпимо больно. Даже незначительное касание отзывалось спазмом боли во мне. Нет, это был не сон. Я застонала от ощутимой боли, от которой даже двигаться не хотелось. Но меня приподняли и усадили. С усилиями я все же смогла приоткрыть глаза. Было невероятно видеть рядом Аарона с обеспокоенным взглядом. Как он нашел меня?