– А ты как думаешь? – задал он встречный вопрос. – По твоему я могу убить человека?
Оторвавшись от капота машины он приблизился ко мне. Нас разделял шаг. Но мне было достаточно что бы вновь почувствовать эту странную дрожь в теле. Его близость уже в который раз кружила мне голову и сбивала с ног.
И мне так хотелось сократить это гигантское расстояние межу нами, что бы снова вдохнуть его запах. Значит так действует кровь? Заставляет желать его, даже тогда когда я подозреваю его в бесчеловечном убийстве?
– Я не знаю, на что ты способен, – честно говорю ему.
– Думаешь если бы я направо и налево убивал людей, то ты была бы до сих пор жива?
– Может у тебя фетиши с наклонностями садиста, – проговорила я первое, что посетило мою голову.
Его развеселило моё заявление, и он издал мягкий грудной смешок. Его можно даже было назвать – теплым. Убийцы разве могут так улыбаться? Что я вообще знаю про маньяков? Ничего.
– Предположим, это не ты. Тогда кто? – не унималась я. Мне почему-то было важно знать ответ.
– Тебе лучше оставить свои любопытные вопросы при себе, – он уже не улыбался, а напротив сурово хмурил брови. – Иначе поплатишься за свою любознательность.
– Я имею право знать, – вскрикнула я. – Труп нашли у моего дома.
Его глаза сузились, и мгновение он молчал.
– Если это такие твои забавы, и ты так мне угрожаешь, то лучше убей меня, чем невиновных людей, – я вызывающе смотрела в его ледяные лунные глаза, которые на миг округлились, а затем вновь приобрели привычный прищур. Я снова его разозлила.
– Слушай сюда, мышь, – он угрожающе навис надо мной. – Что бы мучить тебя мне не нужно убивать. Я нашел другой, более занятный способ сбить с тебя спесь, уж больно ты бойкая для человечки.
Краска стыда окатила мое лицо. Я поняла, про какой именно способ сейчас шла речь. Мне казалось, что он не мог быть более отвратительным, чем сейчас. Как низко он опустил моё достоинство, от которого и так остались жалкие крошки.
Я крепко стиснула челюсть со злостью и обидой.
– Значит, это твоя бешеная подружка, – проглотив его заявление, я продолжила напор.
– Я ручаюсь за Вив. Необдуманно мы не убиваем людей. Она эксцентричная, импульсивная, но не жестокая.
Я очень хотела поспорить на этот счет. И что-то снова неприятно кольнуло, когда он вступил защищать свою подружку. Перестань это чувствовать.
Когда я обнаружила, что двор уже пуст и все разбежались по аудиториям, я собралась закончить этот бесплодный разговор, но Аарон резко словил меня за предплечье. Его рука была слегка прохладной, а лицо было уже смиренным. И я бы никогда в жизни не сказала что передо мной бездушное существо.
– Мне нужно знать, – начал Аарон, отпуская мою руку. – Что, то была за женщина в лесу?
– Мне почем знать? Это я у тебя хотела спросить. Знаешь, я как-то была немного занята, истекая кровью и не спросила, как ее зовут, – выпалила свой раздраженный сарказм.
Он как-то печально ухмыльнулся.
– Она преследовала тебя? – не безучастно поинтересовался Аарон. Или мне просто так хотелось думать?
– Думаю да. Плачем завлекла меня вглубь леса, – уже спокойней ответила Аарону. Мне самой хотелось узнать, чего ей от меня нужно было, поэтому я говорила ему все что помнила.
– Старый трюк, – отозвался он, очевидно намекая на мою бескрайнюю тупость. Спасибо, сама уже поняла.
– Есть много вампиров, которые отказываются соблюдать Высшие устои. Очевидно, ты наткнулась на класс Е.
– Класс Е? – попугаем продублировала его слова.
– Вампиры, которым чужды нынешние законы. И для них убить человека что-то вроде забавы. Они неконтролируемые и сложно вычисляемые.
А разве не все вы такие?
Но ума хватило оставить этот вопрос при себе.
– Им все равно кого убивать? – хриплый голос выдал мой испуг.
– Мужчина, женщина, ребенок – абсолютно все равно, – объявил он. – Некоторые предпочитают исключительно девственниц. Говорят у них самая сладкая кровь, как у младенцев. Я округлила глаза от его заявления, и стало немного не по себе, что я аж замялась на месте. Что за ужасы он рассказывал?
– Но на самом деле это не так, расслабься, – якобы успокоил он меня, но я все равно уже стояла пунцовая. – Вся кровь практически одинаковая, – так произнес это, будто перепробовал всю. – Кроме твоей.
От его пристального взгляда я обхватила себя руками, обычная реакция защиты. Сейчас мне очень захотелось оградить себя от этих прожигающих глаз.
– И что не так с моей кровью? – взыграло любопытство.
– Она манит нас как пчел на мед, – он поднял руку и легонько провел по моей прядке волос. Я не чувствовала его прикосновения к себе, но это было волнительно. – Не исключено, что, та вампирша заманила тебя не случайно. Ты как наркотик для торчка.