— Меня зовут Колин Лейк, — вдруг представился незнакомец.
Я подняла на него взгляд и пробормотала на автомате:
— Сандра Ривз.
Колин снова улыбнулся. Такой доброй улыбки я еще ни у кого не видела. Невольно засмотрелась на нее, а потом, смутившись во второй раз, хрипло спросила:
— Больше нечего не желаете?
— Желаю.
— Чего же?
Его серо-синие глаза впились в меня пристальным взглядом.
— Чтобы вы вышли за меня замуж.
15
В маленькой и неопрятной закусочной с выгоревшими скатертями в красную клетку пахло горелым кофе и хлоркой. Кроме официантки, которая со скучающим видом листала журнал по вязанию, и двух пожилых мужчин, сидящих в разных углах зала, в закусочной больше никого не было.
Осмотрев зал, Колин приметил самый отдаленный столик за раскидистым фикусом, и указал на него. Я кивнула и направилась к столику, судорожно сжимая ручки шоппера.
Предложение этого странного мужчины так и крутилось в моей голове. В тот момент я так и не смогла спросить, что он имел ввиду — пришли посетители, и мне надо было работать. Обронив «поговорим об этом после твоей смены», Колин вышел из магазина, на ходу распечатывая один из леденцов, а когда я закрывала магазин, снова объявился. Стоял, сунув руки в карманы темных джинсов, и с интересом рассматривал меня.
— Мы не договорили, — ответил Колин на мой немой вопрос. — Есть тут поблизости кафе?
Так мы пришли в эту богом забытую закусочную, которая была идеальным местом для тех, кто не хочет быть узнанным, и отвратительным местом для тех, кто собрался тут поесть.
— Чего желаете? — к нам сразу же подошла официантка. Подмышкой она держала журнал по вязанию.
Колин открыл было рот, но я опередила его и заказала два чая и две порции венских вафель.
— Вафли только на завтрак, — недовольно поведала официантка.
— Может, сделаете исключение? — улыбнулась я. — Иначе мы пойдем в другое место.
Закатив глаза, официантка чиркнула в карандаше наш заказ и удалилась.
— Любишь венские вафли?
Я повернулась к Колину и в который уже раз потерялась в его необычных глазах.
— Это-о-о, — протянула я, переведя взгляд на почти пустую салфетницу, — единственное блюдо, которое здесь можно спокойно съесть. Они покупают замороженные вафли в нашем магазине.
— Вот оно что.
Хоть я и не смотрела на Колина, но остро ощущала, что он смотрит на меня. От этого мне было не по себе. Хотелось встать и уйти, но еще больше хотелось узнать, что значили его слова.
— Тебе со мной некомфортно, — заключил Колин.
Я перевела на него удивленный взгляд.
— Да нет, ничего такого, — промямлила я.
— Я с детства хорошо считываю эмоции людей, так что можешь не прикидываться, что тебе нормально. — Колин откинулся на спинку затертого дивана и сложил руки на груди. — Много времени я у тебя не займу. Просто перейду сразу к делу и озвучу свое предложение.
Я кивнула, ерзая на сиденье. Руки от волнения вспотели, и я спрятала их под стол.
— Но сначала. — Колин вдруг резко подался вперед, а я от неожиданности дернулась назад, — остерегайся рыжей девчонки, которая ведет себя как твоя фанатка.
— Почему? — прошептала я, медленно приблизившись к Колину.
— Потому что она вовсе не твоя фанатка. И не девчонка. Это репортер, которая выдает себя за школьницу.
— А ты откуда знаешь?
— Я много чего знаю. — Колин снова откинулся на спинку диванчика и довольно ухмыльнулся. — Например, что ты недавно развелась, певица Санни.
От его слов у меня чуть глаза на лоб не вылезли. Подскочив на месте, я уперлась ладонями в столешницу и зашипела:
— Кто ты такой, мать твою?! Тоже репортер?
— Фе, нет. — Колин скорчил недовольную мину.
Достав из внутреннего кармана куртки визитку, он протянул ее мне.
— Консультант по инвестициям? — прочитала я его должность.
— А также продаже и покупке компаний, — кивнул Колин. — Я тот, кто…
— … помогает крупным компаниям поглотить мелкие, не оставив им шанса на развитие, — закончила за него я.