Питер открыл рот, чтобы что-то мне ответить, но тут вмешалась эта девка и, улыбаясь от уха до уха, писклявым голосом произнесла:
— Привет, меня зовут Венди! Да, мне есть восемнадцать. А еще меня сегодня выбрали на кастинге. Я буду петь!
— Поздравляю, Венди! — приторно воскликнула я, чувствуя, как обида и гнев разрастаются внутри меня и готовы вот-вот вырваться наружу.
Подумать только, что сейчас происходит! Казалось, что это всего лишь дурной сон, от которого я проснусь и который забуду через несколько дней. Но вот он, Питер, сидит на постели и хмуро смотрит на меня. А вот его бесстыдная Венди, от голого вида которой меня вот-вот стошнит.
— Спасибо, — пропищала девчонка и, склонив белокурую голову на бок, спросила вполне искренне: — А вы кто?
Тут я не выдержала и громко, с истерическими нотками, рассмеялась. Кажется, Венди это напугало, потому что она изменилась в лице, натянула на себе одеяло и спряталась за спиной Питера. А я все хохотала, как ведьма, пока у меня не запершило горло.
— Успокоилась, истеричка? — холодно спросил Питер.
Я кивнула, выпрямляясь. Посмеялась бы еще, да чертово горло не позволяло. Ни петь не могу, ни ржать до припадка.
— А теперь иди в ванну, приведи себя в порядок и…
— И? — с интересом протянула я.
— И забудь все, что ты тут видела. Венди я сейчас провожу.
— Забыть? — Я снова истерично хохотнула. — Ты предлагаешь мне забыть то, что ты только что на моих глазах развлекался с этой девкой?! Серьезно?
— Серьезнее некуда. — Питер устало почесал бороду с двухдневной щетиной. — Что тут такого? Я просто хотел провести время с красивой девушкой, пока ты в отъезде. Или ты думала, что я всегда жду тебя с твоих туров? Они же длятся месяцами!
А вот и еще одно открытие! Оказывается, Венди у него не первая. Оказывается, Питер изменял мне уже давно и ни капли об этом не сожалеет. Более того, он считает это нормальным. Да черта с два это нормально!
— Сандра, только не говори, что ты злишься, — пробормотал Питер, вглядываясь в мое лицо. — Или, что еще хуже, ревнуешь. Это же…
— А тебе было бы приятно, если бы я во время тура тоже с кем-нибудь развлекалась? — еле сдерживая слезы, спросила я.
— А ты разве так не делала? — Во взгляде Питера скользнуло удивление.
И вот тогда я поняла, что наш шестилетний брак развалился.
4
С Питером я познакомилась четырнадцатого февраля. Тогда он встречался с моей лучшей подругой Линдой Джонсон, которая была абсолютно без ума от него — высокого красавца из колледжа, который к тому же был старше нас на три года.
Линда положила на него глаз еще в подростковом возрасте, когда была обсыпана прыщами и носила брекеты. Питер Батлер был звездой нашей старшей школы: красавец, спортсмен, отличник и просто добрый парень. К тому же, его отец был мэром нашего маленького городка Санвиль, расположенного на севере Калифорнии, а дядя — сенатором в Вашингтоне.
Девушек у Питера всегда было много, но ни с одной он не пробыл более трех месяцев. Пожалуй, это было единственным, что мне не нравилось в Питере, однако Линде на это было плевать и, когда он приехал на летние каникулы один, подруга решила взять быка за рога. К концу августа они уже страстно целовались на тусовках у озера Мади, а я могла им только завидовать. Потому что Питер мне тоже нравился, но не настолько, чтобы отбивать его у лучшей подруги.
— Не могу поверить, что мы вместе уже полгода. — Серые глаза Линды восторженно блестели. — И что сегодня он приедет, чтобы вместе со мой провести День святого Валентина!
— Кажется, Питер от тебя без ума, — заметила я с искренней улыбкой. За подругу я радовалась без всяких притворств.
— Мне тоже так кажется. — Мы подошли к школьным шкафчикам и подруга, открыв свой, закинула в него учебники. — Потому что как еще объяснить то, что я первая девушка, с которой он не порвал после трех месяцев отношений?!
— Так и до свадьбы недалеко, — лукаво произнесла я.
— Да ну тебя! — Взгляд Линды остановился на моем шкафчике. — Да открывай уже, не томи!
Я закусила губу и покосилась на дверцу своего шкафчика. Вот уже три года подряд в День святого Валентина кто-то подкладывал мне синюю розу. Записки на ней не было, и мы с Линдой каждый год гадали, кто же такой мой тайный воздыхатель.