— Я работаю в аббатстве отца Йонаха, расписываю помещения, создаю скульптуры Азраэля, выполняю какие-то поручения. Отец Йонах — главная персона в общине, если кто-то и знает, что на самом деле произошло, то это точно он. Я смогу помочь узнать больше.
— Надо же, полезно. Ты не боишься идти против отца Йонаха?
— Нет, нельзя бояться, потому что больше никто не станет этим заниматься, мы давно догадывались о том, что происходит. Эди не мог знать, что ты вернешься, но мы знали.
— Что ты имеешь в виду?
Сэм затушил сигарету и продолжил.
— Диди пытается сказать, что мы догадывались о ритуале задолго до его осуществления, знали, что никто ничего не сделает с этим, и не важно, боятся они смерти или только будут врать, что не боятся, нужно было что-то делать. Поэтому Диди пыталась подобраться к отцу Йонаху, и он всё же взял её на работу. Узнали мы пока немного, но уже что-то.
— Предвидели, догадывались, это как?
— Я провидец. В день, когда на тебя напали, я проснулся от кошмара, мне приснился сон, и я уже знал, что это означает. Дома взрослых не было, поэтому я побежал в участок к твоему отцу, чтобы они поехали в церковь Азраэля за тобой.
— Ты... Это ты привел взрослых в ту ночь?
— Да, это был я. Люди в общине не верят мне, все кроме твоего отца. Мы поможем, можешь на нас рассчитывать.
— Хотела бы знать, для чего вам вообще во всё это вмешиваться?
— Я лично готов помогать только потому, что не хочу сдохнуть, не увидев внешний мир. А Диди мечтает увидеть Азраэля и служить ему как здесь, так и в райском саду, сомнительно, но тоже личный мотив участвовать во всём этом.
— Отлично, значит, не станете геройствовать и сохраните свои жизни, это то, что я хотела услышать, мне подходит.
Мы пожали руки и обратились в регистратуру. В отделение пустили только детективов. Я, Винс и Аз прошли дальше, пока внизу нас ждали Лидия и Сэм. Нас привели в отделение, накинув сверху белые халаты и представив свидетелю побега пациентов.
— Здравствуйте, доктор. Мы пришли обсудить с вами недавний инцидент, могу ли я задать вам пару вопросов?
— Мисс Вуд… — доктор выдавил из себя эти слова, проводя по мне взглядом сверху вниз. — Что вы… — я перебила его.
— Детектив Вуд, доктор Уайт. — Я держала руки на поясе, невзначай показывая значок.
— Детектив Вуд. Вы, наверное, не знали, что здесь ваша эта штука не имеет власти, — довольно ехидничал доктор, подняв подбородок.
— Вы меня не поняли, доктор. Значок детектива имеет условную власть, единственное его преимущество в том, что я сейчас прострелю вам голову, если вы не ответите на мои вопросы, и мне ничего за это не будет, как вам такое? — я достала пистолет и наставила ему между глаз. Доктор задрожал, его зрачки метались туда-сюда. — Что такое, доктор? Разве вам не хочется встретиться с ангелом смерти? Вы же все здесь ждете этого дня?
— Хорошо-хорошо, детектив Вуд!
Даже из-за спины я чувствовала заинтересованный взгляд ангела. Винса таким не удивить, иногда угрозы — это нормальная практика в нашей работе. Азраэль не сводил глаз с этой картины: час назад ползающую по полу от страха девушку сейчас держит пистолет между глаз невинного человека.
— Десять человек смогли сбежать, один из поисковой группы пострадал, никто не собирается их искать дальше, столько дней прошло, они наверняка не выжили.
— Это и так понятно. Что в историях болезни?
— Вот, можете взглянуть.
Винс подошел к стопке документов и начал их пересматривать, пока я продолжила слушать и записывать важные детали. Азраэль тем временем выполнял свою важную роль — наблюдал, иногда скучающе поглядывая в окно.
— Головная боль, мышечная слабость, она же чередуется с возбужденностью нервной системы, отсюда и гиперактивность. Аномальная температура тела, геморрагические высыпания и бессонница — это далеко не все симптомы, но судя по анамнезу и полученным результатам анализов, мы можем подтвердить опасения.
— Что это?
— Бубонная чума в худшей её форме.
Винс и Аз обернулись от услышанного. У ангела, как и у меня, ни одна мышца на лице не дрогнула, мы отчасти знаем об этом, а вот Винс был в ужасе и стал внимательно слушать, стоя рядом со мной.
— Вы сейчас вот так спокойно об этом говорите, доктор?
Винс, как любой другой человек, был напуган подобным диагнозом у пациентов. Бубонная чума в двадцать первом веке — не то, чтобы редкость, но всё же случается.
— Можете не волноваться, детектив. Современная медицина, соблюдение гигиены, антибиотики, все эти блага цивилизации не позволят нам повторить историю.
— Да, доктор, потому что заражения так и не наступило, ни у кого больше нет даже намека на симптоматику. Возможно ли заразить чумой определенную группу лиц?