– Я не хочу, чтобы какие-то призраки помешали нам провести наше мероприятие.
– С чего ты взяла, что они нам помешают? Возможно, они, напротив, нам помогут.
– Если только речь не идет о призраках прошлого.
– У кого-то прекрасные призраки. Своих я предпочел похоронить.
– Я бы с удовольствием за это выпила, – рассмеялась Виктория. – Давай позже сделаем это вместе.
– Отличная идея.
Машина остановилась перед трехэтажным розовым зданием на углу улицы. Его балконы были увиты лианами и виноградом. Их листва была такой густой, что частично закрывала окна.
– Мы на месте. На фото в Интернете здание отеля выглядело именно так.
– Красивое здание. Уверен, те гости из других городов, которые хотят остановиться в месте, характерном для Нового Орлеана, будут удовлетворены.
Виктория тоже на это надеялась. Она не могла гарантировать, что заставит людей изменить свое мнение о нем, но дала ему понять, что сделает для этого все возможное.
– Надеюсь, ты взяла с собой подходящие платья, – сказал Дмитрий.
– Разумеется, взяла. У меня есть целый шкаф подходящих платьев. Посещать подобные мероприятия – моя работа.
– Я это понимаю, но раньше ты их посещала как Виктория Колдер. Теперь же ты будешь на них присутствовать как невеста Дмитрия Маркина. Мои женщины соответствуют определенным стандартам.
Она фыркнула:
– Все решат, что ты повысил свои стандарты с тех пор, как в последний раз появился на публике с женщиной.
Рассмеявшись, он открыл дверцу и выбрался из машины. Виктория последовала его примеру.
– Что тут смешного? Я шикарная женщина.
– Исходя из собственного опыта, могу сказать, что человек, который утверждает, что обладает определенными качествами, на самом деле ими не обладает. – Он окинул ее оценивающим взглядом, словно она была дорогой машиной. – Знаешь, что отличает тебя от моих обычных любовниц? Они не кичатся своей красотой.
– Пресса наверняка ожидает увидеть рядом с тобой женщину, обладающую боевым духом. Возможно, она считает, что женщина, которой ты сделал предложение руки и сердца, должна чем-то отличаться от твоих обычных любовниц.
– Возможно. – Обойдя капот, Дмитрий постучался в водительское окошко. Шофер опустил его, и он, наклонившись, сказал: – Позовите носильщика. Пусть он займется нашим багажом. Мне нужно поскорее отвести мисс Колдер в отель, а то жаркий южный климат плохо действует на хрупкую английскую розу.
– Значит, я хрупкая английская роза? – усмехнулась она. – Ты родом из России. Я думала, что к этому моменту ты уже растаешь на жаре.
– От меня не так легко избавиться, – парировал он и, повернувшись, направился ко входу в здание.
Дмитрий обнаружил, что очарован Викторией. Это открытие возмутило его. Она холодная и язвительная. Можно сказать, что она женская версия его самого.
Она с ним всегда одинаковая. Похоже, она не способна притворяться. Ему следовало беспокоиться о том, что это может подвергнуть риску весь их план, но он почему-то был уверен, что она его не подведет.
Когда они оказались внутри отеля, Виктория сразу пошла принимать душ. Дмитрий немного расстроился. Это даст ей передышку, возможность восстановить внутренние защитные барьеры, в которых, как ему показалось, он смог пробить небольшую брешь. Он думал, что они сначала вместе выпьют в гостиной их многокомнатного номера, который им придется делить, чтобы никто ничего не заподозрил. Когда она дала ему понять, что хочет немного побыть одна, он не пошел в номер, а остался внизу.
Похоже, Виктория не горела желанием его видеть. Они договорились встретиться в вестибюле, и она опаздывала.
Ему не следовало желать эту женщину, но всякий раз, когда он оказывался рядом с ней, кровь закипала в его жилах. Наверное, его тело думает, что, раз он купил ей обручальное кольцо, он имеет полное право с ней спать.
Дмитрий обвел взглядом роскошное помещение с мраморными стенами и полами и хрустальными люстрами на потолке. Он повидал много подобных зданий с шикарными интерьерами, где все сверкало позолотой. В Лондоне их полно, но это не мешает ему ими любоваться. Он обнаружил, что не может оставаться равнодушным к подобной красоте, как не может оставаться равнодушным к красоте Виктории.
С тех пор как он стал богатым и знаменитым, у него было множество красивых женщин. Наверное, ему следовало воспринимать Викторию всего лишь как одну из них, но он не мог. В ней чувствовался особый шик. Она была как самая ценная картина в музее, которой можно было любоваться только стоя за бархатным канатом. Одним словом, она была недосягаема, и это делало ее еще более привлекательной. Запретный плод сладок.