— Какая ты эгоистка. Я вместе с тобой переживаю эту потерю, я — его отец, не смей говорить, что я блять ни черта не понимаю! — уже перехожу на крик я, потому что это невыносимо.
Криштина качает головой. Она смотрит на меня с безразличием, с полным безразличием.
— Кто знал, что так получится, скажи мне? Дело не в той дороге, грузовик выехал ниоткуда, я просто не успел среагировать, я не знал, ты могла и не терять его, это зависело от удара, какой он будет я тоже не знал!
— Но я его потеряла!
Мне надоело спорить с ней, она стояла на своём и никак не сходила с этого неверного пути. Я молча ушёл, а в ответ мне ничего не кричали, поэтому я не стал возвращаться. После того, как у нас случилась эта странная ссора, которая не давала мне покоя, она больше не скандалила, и я обнял её, когда она снова дала волю эмоциям, и она не стала отгораживаться от меня. Но извинений не было.
Мы сидели на кухне и ели. Это было через три дня после того разговора.
— Где моя чашка? Я же точно помню, что не убирал её, — спросил я Криш, когда стал искать свой бокал, из которого всегда пью кофе.
— И ребёнка ты не убивал, ага, — прилетело мне колкое высказывание.
— Ты опять за своё…
Криштина пожала плечами, продолжая жевать бутерброд. Я встал из-за стола и ушёл на улицу, проветрить голову. Когда вернулся через несколько часов, она сидела всё там же, на кухне, и смотрела вниз.
— Давай закончим? — сказала она сразу, как я вошёл к ней.
— Что?
— Отношения. Ты же видишь, что мы не справляемся. Будет лучше, если я съеду, и продолжим раздельно.
Я присаживаюсь на стул.
— Кому лучше? Это такой период, и мы обязаны его пройти! Ради сына.
Она резко встаёт и смотрит на меня всё тем же взглядом, с которым я познакомился совсем недавно впервые.
— Сына!? Какого сына? Не произноси это слово, если бы не ты…
— Если бы не я. Знаешь, ты права, нам стоит прекратить это всё. Можешь не уезжать, я сейчас сам соберу вещи, и всё закончится. Счастливо.
Мы расстались, и больше я её не видел.
До одного момента.
Вспоминая всё, что было у нас с Криштиной Коннолли, которая внезапно появилась у дома Беверли, мне на миг стало грустно. От потери ребёнка. Я подумал, а что было бы, если бы мы всё-таки смогли противостоять злой фее разлуки, и выбрались из навалившегося дерьма вместе? Или если бы сын не погиб, мы поженились, и жили бы сейчас счастливо? Я бы никогда не встретил Беверли. Однако эти размышления сразу улетучились, ведь я понял, что то, как себя повела Криштина во время той ссоры, — это показатель того, что при любом случае, она всегда винила бы меня. Та ситуация открыла её настоящее лицо, поэтому я рад в какой-то степени, что всё так обернулось. Ребёнка не вернуть, но я считаю, что это вовремя случилось, это уберегло меня от жизни с девушкой, которая, как оказалось, совсем мне не подходит.
С самого начала, когда я увидел Беверли, пытающуюся достать что-то с верхних полок в подсобке, а затем падающую со стула, я сразу понял, что это не последняя наша встреча. Все её язвительные ответы, летящие прямо в мою сторону, всегда только подогревали интерес. По ним было понятно, что она настоящая. Когда она серьёзно разговаривала со мной после моих косяков, это, конечно, было приятно, и я ценю это, но возвращение её манеры поведения показывало, что я ей интересен.
Сколько бы не было у нас ссор и споров, я всегда буду любить её. Пока что я не сказал ей об этом, но она обязательно узнает.
Её ревность к Криштине смешила меня, но, когда это всё начало напоминать мне наши с ней отношения, то я позволил себе сравнить их. Криштина часто ревновала меня к совершенно не относящимся ко мне девушкам, которые просто говорили со мной или спрашивали что-то по работе. Она так дотошно пыталась что-то выяснить, раскопать, что не замечала, как сама создаёт проблемы в отношениях.
Если мне скажут, что если я выйду за дверь, то мы с Криштиной будем вместе, и наш сын родится, но я никогда не встречу Беверли, то я её на все чёртовы замки, чтобы даже случайно не перешагнуть за черту этой двери. Ведь как бы не были привлекательны возможности хороших сценариев прошлого, всё в этом мире для меня бессмысленно без зеленоглазки. Не будь бы её рядом, вся планета бы схлопнулась, растворилась. Вода бы иссохла, а земля была бы выжженной под лучами палящего солнца, которое стремительно расплавило бы остатки земного шара. Эти катаклизмы спровоцировали бы другие катастрофы других планет, и тогда целая вселенная снизошла до размера абрикосовой косточки.