— Я же сказал. Кое-куда, зеленоглазка.
Я нахмурилась, в очередной раз смиряясь с его насмехающимися ответами.
— Это не ответ! — крикнула я, когда дверь за ним уже закрылась.
Уже лёжа в кровати, я наконец могла отдохнуть от нашего путешествия с Ноланом. Он, после всего, что между нами было, выбрал спать на диване, и я его за это не виню, прекрасно осознавая, что для нас так будет лучше. У нас нет определённого статуса, и мы не можем создать возможность для разговора, а раз этого всего нет, то и самих нас нет.
Отвернувшись к стенке, я заснула.
Нолан разбудил меня в семь утра, потому что к девяти нам нужно было уже быть в загадочном месте, о котором он не хочет мне говорить. Что-ж, экстрасенсорных способностей у меня нет, поэтому придётся ему довериться и запастись терпением.
Со вчерашнего дня у меня сохранилась хорошая укладка, и я не стала ничего делать с волосами, закончив свой образ белым меховым комбинезоном с длинными рукавами. Мы сели в машину Нолана и поехали в неизвестном мне направлении.
— У меня даже догадок нет, куда ты меня везёшь.
— И хорошо. Так даже интересней, — говорит он, заезжая в туннель.
Свет пропадает, как только мы попадаем в этот туннель, и после некоторых поворотов, снова выезжаем на проезжую часть. Останавливаемся около какого-то здания, рядом с которым нас уже ждёт мужчина невысокого роста.
— Добро пожаловать, следуйте за мной.
Нас проводят через задний вход здания, и мы выходим на улицу. Я вижу пустой луг огромной площади, на котором лежит самый настоящий воздушный шар! В немом крике я поворачиваюсь к Нолану, который улыбается, смотря прямо перед собой, и он явно заметил мою реакцию боковым зрением. У меня нет слов, и чем ближе мы подходим, тем сильнее я ощущаю все свои эмоции. Мне радостно, и страшно, и я благодарна, и не могу дышать от паники, которая нахлынула на меня от ещё несостоявшегося полёта. Я ведь никогда не летала, это была моя мечта, я так хотела это сделать.
Я замечаю нескольких людей, которые уже подготавливают наш шар с помощью горелки. Останавливаясь рядом, я тереблю руку Нолана, не способная стоять на месте от воодушевления.
— Мы правда полетим на нём? — немного тише, чем хотелось, спрашиваю я.
Он просто молча кивает, не стирая с лица улыбку, которая создана только для меня, и я набрасываюсь на него, обвивая руками и ногами, не давая опомниться.
Нолан пыхтит и смеётся, совсем не ожидав такого действия от меня.
— Спасибо-спасибо-спасибо! — визжу я, как маленькая девочка, когда ей купили ту куклу, которую она так долго хотела, и вот видит перед собой.
— Пойдём уже, потом поблагодаришь.
Я держу его за руку, сильно стиснув пальцы, и мы направляемся к шару, который уже поднялся. Мы заходим после выслушивания инструкции, но мы одни, без инструктора, потому что Нолан уже летал.
— Господи, какой же он огромный, с ума сойти! — осматриваю я, высоко задрав голову.
— Когда взлетим, ещё больше удивишься, — говорит он, и шар потихоньку поднимается.
Оранжево-красный шар уже оторвался от земли, оставив наблюдать за нами людей, и мы медленно начинаем парить в облаках.
— Вчера я думала, почему ты ничего мне не подарил, а вон оно как оказалось… поверить не могу, это… восхитительно, — оторвав взгляд от вида над нами, я повернулась к Нолану.
— Я рад, что тебе нравится. Это ведь была твоя мечта.
— И ты её исполнил.
Взлетев достаточно высоко, я смотрю вниз. Огромный луг теперь так далеко, что кажется, будто мы где-то в космосе. Вот как выглядит земля с высоты птичьего полёта. Я сама чувствую себя невольной пташкой, меня одолевает такая свобода, какой никогда не было в моих венах.
Весь полёт мой рот открыт, а глаза сияют, рассматривая всё вокруг, не переставая хотеть увидеть каждое деревце, каждый камень. Я чувствую, как тёплые руки касаются моих плеч сзади и аккуратно поворачивают меня. Нолан оказывается ко мне так близко, что я чувствую его горячее дыхание. Он касается моего лба своим и несколько секунд стоит так, вдыхая воздух.
— Беверли, ты самая удивительная девушка, какую я когда-либо встречал, и без тебя жизнь теряет всякий смысл, — начал говорить Нолан, и мой кислород куда-то вмиг испарился. — Будь моей. Теперь официально.